Когда человек позволяет себе действительно унизительные, оскорбительные или враждебные высказывания, вы не должны с этим мириться. Есть два варианта: никогда больше не общаться с ним или (если вы цените эти отношения) объяснить, почему его комментарий неуместен и какого отношения вы ждете от него. Если вы сделали это, но человек продолжает дурно обращаться с вами, я советую прекратить с ним любые контакты. Возможно, это покажется крайностью (и будет трудно, особенно в отношении члена семьи), но это важно. Нужно уметь защищать себя.
Самое главное в борьбе с неудобными вопросами — не позволять им остановить вас. Вот что Джоанн Леви говорит о годах, в течение которых она отвечала на вопросы, прежде чем опубликовать первую книгу:
Не хочу лукавить, это было действительно тяжело. Но если бы я оставила попытки, то
Так же говорят успешные люди в любых областях: «В трудные времена я хотел бросить, но знал, что это не приведет ни к чему хорошему».
Поэтому и вы не должны сдаваться.
Откажитесь замечать раны, и они сами исчезнут.
Неизбежное последствие вашего признания себя в качестве писателя заключается в том, что люди будут проявлять к вам неприязнь. Она никому не приносит радости, но неудовольствие — наименьшая из возникающих проблем. В большинстве случаев тяжелая прокрастинация и писательский блок вызваны жестким неприятием. Возможно, автор к тому моменту уже проявлял перфекционизм (так поступает большинство из нас, пока мы не отучим себя от этого), но неприятие усугубляет перфекционистские симптомы.
Я знаю об этом не понаслышке. На занятиях мне приходится упоминать о случаях потери творческих сил (обессиливания) — например, вследствие жесткой критики на мастер-классе, ядовитого замечания учителя или члена семьи. Обычно при этом кто-то из учеников обязательно говорит: «У меня было такое, и после этого я не смог закончить работу», «С тех пор я никому не показываю то, что пишу» или «После этого я перестал писать». Зачастую до этого момента люди даже не догадывались о прямой связи между травмирующей ситуацией и блоком.
У последствий жесткого неприятия нет ограничений во времени. Я постоянно разговариваю с людьми, которые отчетливо помнят такие эпизоды, произошедшие годы, даже десятилетия назад. «Сорок лет — ничто для прозвучавшего ядовитого отзыва, — говорит Джони Коул в книге Toxic Feedback. — Люди прощают, но не забывают».
Я называю грубую критику «травматическим неприятием».
Неприятие выражается по-разному. Помимо простого отказа (например, в публикации или допуске на мастер-класс) это грубость, унижение, неодобрение, прекращение сотрудничества, недооценка, предубеждение, черствость, невнимание, капризность, пренебрежение, насмешки, язвительность, саркастические замечания, гонения. Кроме того — пассивно-агрессивное нежелание предоставлять информацию, время или другую помощь и несогласие реагировать на разумные просьбы. (В дальнейшем я буду использовать слова «неприятие» и «критика» для краткого обозначения всех перечисленных проявлений). По большому счету, все, что не является безусловным одобрением, содержит признаки неприятия.
Также у неприятия гораздо больше источников, чем кажется. Оно может исходить от издателей, редакторов, преподавателей, наставников, коллег-писателей (в учебной группе или вне ее), читателей, обозревателей, незнакомцев (особенно в интернете — раздел 7.6) и, конечно, семьи, друзей, соседей и коллег по основной работе. Одна писательница страдала от травматического неприятия, после того как была жестоко изгнана из писательской группы, которую помогала создавать.
Вот некоторые распространенные ошибки, которые писатели совершают в результате неприятия.
Мы недооцениваем влияние неприятия. Даже незначительное на первый взгляд неприятие в важной для вас области может стать болезненным, разрушительным. Поэтому тот, кто обвиняет писателей в «сверхчувствительности» к ядовитым или равнодушным замечаниям, скорее всего отреагирует точно так же или еще острее на аналогичные замечания, например по поводу его родительских качеств.
