Но в таком случае посиделки с коньячком становятся больше похожи на дружескую или профессиональную встречу, нежели на романтическое свидание. Романтическое свидание с дамой бульдозерных габаритов – это как-то чересчур. Можно, разумеется, предположить, что «шпалоукладчица» ни при чем, что это вообще кто-то посторонний, а та, что с покойным коньячок употребляла, проскочила раньше незамеченной. Или не та, а тот…
Мужик (или шпалоукладчица?) скрывается за выступом стены – там, в конце коридора, размещался кабинет покойного психолога.
Добрин прокрутил запись вперед. Вечер, коридор пустой. Но вот мужик появляется снова. Капюшон надвинут, голова опущена – лица, уж конечно, не видно. Походка все такая же странная. Вот прошел под камерой. Все.
Та же фигура засветилась еще на паре камер, вошел и вышел гражданин, судя по ним, с одного из боковых входов. Но на тех записях видно еще меньше.
В общем, ничего. Ни-че-го.
Кроме, пожалуй, походки. Пьяный? Хромой? Или походка неуверенная потому, что обувь неподходящая? Ну, скажем, хрупкая фемина надела ортопедические, с встроенным каблуком ботинки на четыре размера больше. Тогда и романтическое свидание не исключается: дама может быть замужней, а муж ее – страшно ревнивым. А клофелин… Убийство надоевшего любовника? Или наоборот – любовника, который не хотел продолжать отношения? Или… шантажиста? Хм. Надо еще раз покопаться в звонках и записях этого психолога. Особенно в звонках – вряд ли он свои интрижки в компьютер вносил. Или не интрижки? Мало ли чем психолог может шантажировать клиента.
Например, Вайнштейна… У которого в четвертом романе серии убивают светило мировой психиатрии…
Если бы не эти совпадения, отдал бы дело назад в район – пусть сами ищут. Клофелинщицу, ревнивого мужа, мстительную любовницу или жертву шантажа. Но совпадения – вот они. Не абсолютные, но слишком их много.
Ну так что, Федор Иванович?
Добрин вздохнул и подтащил к себе телефонный аппарат.
