Биатлон бывает не только спортивный… Но и писательский! Да-да! Вместо лыж и винтовок – творческие идеи и клавиатура, а мишенями стали эмоции и интрига. Мы болели за наших спортсменов в зимней олимпиаде и создавали истории. Каждый автор раскрыл мир своего биатлона, показал достижения героев с помощью конькового хода, свободного стиля не только в беге, но и в строках о любви, дружбе и ценностях, которые всегда незыблемы. Приятного чтения и незабываемых эмоций. Бах-бах. Закроем мишени?
– Правой, левой, правой, левой, – шептала я и перебирала ногами, стараясь держать равновесие, чтобы не завалиться и не угодить в снег по плечи.
– Оль, ну пошевеливайся! Лыжи-то сами едут! Бабкин суп и пироги застынут, пока мы двóру воротимся… и биатлонистов наших хотел посмотреть. Вчера ж Олимпийские игры начались…
Я вздохнула, представив, как на всю хату вкусно пахнет жареным луком и топлёным молоком.
– А кто такие биатлонисты? – спросила я, сглотнув слюну, словно это их бабушка нажарила к ужину.
– А это как я, – выдал дед, засмеявшись, – пострелял зайцев и бегом к бабке! Только у тех дорожки накатанные и внучки на трибунах сидят, и биатлонистам медали выдают, а мне бабуля пятьдесят грамм наливает.
Я улыбнулась, представив, как деда с зайцами на карабине через плечо награждают золотой медалью.
А слово надо запомнить! Расскажу в школе, что у меня дед – биатлонист!
Мальчишки из шестого «Б» увлеклись плевалками. Это когда раскручиваешь шариковую ручку, убираешь стержень и получается отличная трубочка. А потом оторвёшь уголок от последнего листа в тетрадке, нажуёшь пулек – и стреляй сколько хочешь! Даже соревнования устроили – кто метче и дальше плюнет. В финал вышли двое: Котов и Серёгин. Они сидели вместе за последней партой и до сих пор спорили: кто самый меткий.
– Я тебя сделал! – говорил Котов.
– Плевун нашёлся! Да ты только ложкой в рот и попадаешь, – отвечал Серёгин.
– А давай проверим?
– А давай!
– А прямо сейчас!
– На уроке?
– Забоялся, что ли?
– Ничего не забоялся… А во что плевать будем?
– Не во что, а в кого – в географичку!
– Сдурел?
– Говорю же – слабо!
– Ничего не слабо… – Серёгин надулся. – Ну давай!
⠀Они раскрутили ручки, привычно нажевали себе пулек и навели ручки на училку Марину Петровну.
– По фоманде «фри»! – сказал Котов с полным ртом.
– Угу, – кивнул Серёгин, целясь.
– Ваз. Два. Фри!
Тьфу! В тишине два плевка прозвучали как выстрелы. Котов промазал, а Серёгин попал. Бумажная пулька влепилась прямо в лоб Марине Петровне.
Географичка не сразу поняла, что за муха её укусила. А когда отлепила ото лба пульку, налилась краской, но сразу вычислила стрелка.
– Серёгин, к доске!
Серёгин вышел. Вид у него был и торжествующий, и слегка виноватый.
– Извините, Марина Петровна! Нечаянно получилось…
– Очень интересно, куда ты целился! – процедила Марина Петровна.
– Мы с Котовым соревновались, – сдал друга Серёгин. – Хотели в карту попасть, он – в Москву, а я – в Питер…
– И что же ты, бедненький, не попал в Петербург? А ну-ка, покажи его на карте, – ехидно потребовала географичка.
Указка плевуна ткнулась в Москву и поползла на восток.
– Ого, – удивилась Марина Петровна. – Ну, так ты точно в Петербург не попадёшь! И как ты, интересно, в него метил?
Указка Серёгина поползла в другую сторону:
– Вот он!
Прозвенел звонок.
– Пойдём-ка, Серёгин, мы с тобой к директору. Расскажешь о своих художествах, посоветуемся, не пора ли твоих родителей в школу пригласить.
– А чего сразу к директору… – заныл Серёгин. – Я же говорю: нечаянно, простите меня, пожалуйста, хотел в Петербург попасть…
– Вот и разберёмся, куда ты хотел попасть!
В кабинете директора царило весёлое оживление – шли соревнования по биатлону. То есть не сами соревнования, а телетрансляция. И директор Светлана Юрьевна, учитель физкультуры и медсестра – трое самых заядлых школьных болельщиков – прильнули к экрану. Они с некоторой неприязнью посмотрели на Серёгина и Марину Петровну.
– Что стряслось? – недовольно спросила директор, убавляя громкость.
– Рассказывай, Серёгин! – подтолкнула географичка.
– Мы с Котовым, – завёл тот, – поспорили… кто попадёт… из трубочки…
– В меня! – вмешалась Марина Петровна.
– Да не в вас, говорю же! В Петербург и Москву.
Светлана Юрьевна неохотно оторвалась от биатлона:
– Из трубочки – в Москву?!
– Это они из трубочек жёваной бумагой плюются, – пояснила географичка.
– Попал? – рассеянно спросила директор.
– Ещё как попал! Мне в лоб!
Не успела директриса выразить своё отношение к этому вопиющему факту, как по телевизору заорал комментатор:
