Пища Богов полностью

Пока разведывательные службы, возникшие в фарватере Второй мировой войны, обратились к тому, чтобы занять глубоко скрытую позицию направляющих умов международных картелей наркотиков, умы общественности обратились к телевидению. Подправляя, корректируя и упрощая, телевидение делало свое дело и создавало послевоенную американскую культуру Кена и Барби. Дети Кена и Барби ненадолго вырвались из телевизионного опьянения в середине 60-х, благодаря потреблению галлюциногенов. “Уф!” – воскликнули владыки и быстренько сделали психоделики нелегальными и пресекли все исследования. Двойная доза – телетерапия плюс кокаин – была назначена заблудшим хиппи, и они быстро исцелились и превратились в потребительски ориентированных яппи. Лишь немногие непокорные избежали этой уравниловки ценностей. / Martin A. Lee and Bruce Shiain, Acid Dreams: The CIA, LSD, and the Sixties Rebellion (new York: Grove Press. 1985). pp. 27-35/ Почти все научились любить “Большого Брата” (Отца Народа). А о тех немногих, кто не научился, все еще, как наседка, хлопочет культура владычества всякий раз, когда маниакально разгребает дворовую пыль своего недоумения о том, “что же случилось в шестидесятых”.

Опьяняющие средства христианской культуры владычества – как растительные, так и синтетические – неизменно были стимуляторами или наркотиками (фабричными средствами, средствами для притупления чувства тревоги и боли). Психоактивные средства в XX веке применяются лишь в медицинских целях и с целью поднятия тонуса. Но даже на Западе сохранилась тонкая ниточка воспоминания об Архаичном, иерофантском и экстатическом потенциале, содержащимся в некоторых растениях.

Сохранение в Европе на протяжении многих веков колдовства и ритуалов, связанных с психоактивными растениями, свидетельствует о том, что гнозис вхождения в параллельные измерения путем изменения химии мозга никогда не был целиком утрачен. Растения европейского ведовства – дурман вонючий, мандрагора и белладонна – не содержали индольных галлюциногенов, но, тем не менее, были способны вызывать глубокие изменения состояния сознания. Связывание в Архаичном женского начала с магической областью риска и силы явно прослеживается средневековой церковью как определенная нить.

В средние века ведьма еще была “hagazussa”, существом, сидящим на hag - изгороди, позади садов, отделявшей село от девственной дикой природы. Она была существом, живущим в обоих мирах. Как мы могли бы сказать сегодня, она была полудемонической. Со временем, однако, она утратила черты этой двойственности и все более и более превращалась в олицетворение того, что исключалось из культуры, для того лишь, чтобы в искаженном виде вернуться вновь. / Hans Peter Duerr. Dreamtime: Concerning the Boundary Between Wilderness and Civilization (Oxford: Basil Blackwell. 1985)/

То, что именно эти растения были основой для вхождения в иные измерения, было результатом сравнительно малого распространения в Европе видов, содержащих галлюциногены.

Индолосодержащие растительные галлюциногены и их культы связывают в основном с тропиками Нового Света. Зона субтропиков и тропиков Нового Света феноменально богата галлюциногенными растениями. Сходные экосистемы тропиков Юго-Восточной Азии и Индонезии невозможно сравнивать по количеству местных видов, содержащих психоактивные индолы. Почему же тропики Старого Света, тропики Африки и Индонезии не так богаты галлюциногенной флорой? На этот вопрос не в состоянии ответить никто. Но в смысле статистическом Новый Свет кажется привилегированным домом более сильных психоактивных растений. Псилоцибин крохотных грибов вида Psilocybe, хотя и встречается, как теперь известно, среди видов европейских, но пока что не удалось убедительно доказать, что он имел какое-то отношение к европейскому шаманизму или этномедицине Европы. Однако его шаманскому применению в Оахаке (Мексика) три тысячи лет. Точно так же в Новом Свете имеются еще живые культы, основанные на потреблении ДМТ (диметилтриптамина), бета-карболиновой группы, включающей в себя гармин, а также сходный со спорыньей комплекс, содержащийся во вьюнках.