Отправила письмо и опять залезла под одеяло, накрылась с головой и стала мечтать как было бы здорово, если бы он сейчас со мной в Демонете был… я хотела, чтобы он сам спросил как я там, а он не спросил. Он же не знает ничего обо мне, полагает, что я покинула тот мир… ух как звучит депрессивно- «покинула тот мир».
Опять встала, включила компьютер, от него уже был ответ, ну да у него же утро, он всегда в это время уходит на работу и проверяет е-мэйл:
Не могу сердиться на него. Если бы он не оставил меня в Демонете, я бы не узнала, что я- фуэнсен. Только когда он ушел, я выползла из любовного панциря и стала изучать этот мир и, похоже, нашла свою роль в нем. Так что все хорошо, все хорошо и впереди у меня много интересного. Но все же почему он ни слова не спросил как я поживаю, что делаю? Ведь мой голденгрейн прекратил существование- так Дэниэл сказал, - где же Женя будет жить? А если бы он спросил, то я бы сразу рассказала, что в Демонете сейчас забрезжил рассвет…
***
…лежа в постели, я изучала панель автоматического управления и довольно успешно - потому что дверь отворилась и вкатился столик с горячим кофейником, блюдом накрытым белоснежной салфеткой, под которой оказались ломтики сыра, масло и джем, плетеная миниатюрная корзинка с горячими булочками, фрукты, вода со льдом в запотевшем графине. Вот это класс, вот это-уважение мне оказывают как фуэнсену и вообще… Ага, а вот на панели видно, что можно выбрать блюда из меню и запрограммировать их доставку на определенное время. А вот эта кнопка- чтобы вода купальню наполнила, ну,ладно, попозже поиграю с этой панелью.. А почему здесь нет ни телевизора, ни радио? А может где-то есть, я просто не нашла еще.
Я вышла на балкон, накинув все же ночную рубашку на всякий случай, хотя в саду не было видно ни души, поставила поднос с кофе на столик и медленно ела хрустящие, тающие во рту булочки, любуясь узкой полоской солнца на горизонте и вдыхая предрассветный пьянящий воздух. Потом подошла к перилам, глянула в сад и очень подивилась: вниз вела витая лестница, что было очень кстати, не придется идти через парадный вход, через все холлы и залы, чтобы попасть в этот сад. Как же это я вечером лестницу не заметила?
Из найденных в шкафу вещей, я выбрала легкое белое кружевное платье и такого же цвета сандалии, причесалась наспех,- мне не терпелось попасть в сад.
Спустилась по лестнице, ступила на зеленую дорожку и засмеялась от удовольствия, разулась и пошла босиком по бархатной траве вдоль розовых кустов, помахивая сандалиями в руках. Цветы кивали мне как старой знакомой. Я погрузила руки в фонтан по локоть, заглянула в увитую плющом беседку, перепрыгнула через ручеек- он привел меня к небольшому водопаду, прошла через арку- ворота, из которой ступеньки вели вниз и вода журча, стекала по ним, спустилась вниз по воде, по ступенькам, и попала в цветник.
Сад поражал своей тщательно продуманной запущенностью и буйством красок,- статуи- будто застывшие в фантастическом танце, и таких странных растений я никогда не видела, даже в ботаническом саду- похожи на мак по форме, но лепестки более крупные, толстые и мясистые, может какая-то разновидность мака, и как же много их, - в глазах заалело! Я погладила нежный лепесток, коснулась сердцевинки- я никогда не срываю цветы- цветы в вазе- это грустное и резкое напоминание о том, что все проходяще. Я наклонилась, чтобы вдохнуть аромат, прошла дальше, и, нет, мне не показалось, цветы и вправду поворачивали мне вслед свои головки и- неожиданно аромат усилился во много крат, я чихнула раз, потом еще… и вдруг огромный, светлобородый мужчина, в одних холщовых штанах, голый до пояса - возник передо мной. Светлые глаза его грозно сверкали.
- Уходите отсюда, вам здесь не место!- заявил он без вступления.
Я растерялась.
- Извините, я не знала, что сюда нельзя, - и поовернулась, чтобы уйти, но то ли оступилась то ли подскользнулась о мокрую плиту, и упала прямо на цветочное ложе.
Человек выкрикнул какое-то ругательство и кинулся ко мне. Я сначала было подумала, что он бросился мне на помощь, но я ошиблась, - он за цветы свои испугался. Он очень грубо схватил меня подмышки, резко поднял и буквально отшвырнул на зеленую бархатную дорожку. Потом еще раз выругался, верно, на местном демонетском наречии, и стал разглаживать руками примятые в результате моего падения, цветы и подбирать сломанные стебельки, сердито качая головой и поглядывая на меня с явной неприязнью.
