На второй день дело ещё подвинулось: Моржи прыгала и нападала молниеносно. Но к обеду она так устала, что и не взглянула на петуха Пишту, который выпятил грудь и пошёл войной, стремясь завоевать себе весь двор. При других обстоятельствах Моржи бы — гррр! — и бросилась на кичливого петуха. Но сейчас, на колёсах, она с презрением отвернулась. А на морде её было написано: «Отвяжись, пешеход!»
Ещё бы не отвернуться, когда ты член ХВС и участвуешь в военных советах. Тут поневоле нос задерёшь.
А военные советы мы устраивали каждый день, чтобы не упустить ни единой детали.
Надо было придумать название операции, и тут мы застряли. Яни Адам страшно любит исторические романы. Он сказал:
— Главное — выбрать кодовое название.
— А на кой чёрт оно нужно? — тут же взъелся Риток.
А Яни говорит:
— Где ты видел военную операцию без кодового названия? А вдруг неприятельские лазутчики подслушают, о чём мы с тобой говорим. Если есть кодовое название, они в жизни не догадаются. Это все первоклашки знают.
— Вот ты и есть первоклашка. Потому ты и знаешь. К чему это кодовое название? Смехота!
— Я не первоклашка и даже не четвероклашка. Я с первого сентября пятиклассник. Даже не с сентября, а с двадцать девятого июня, когда мы закончили четвёртый класс. Это раз. И смехота тогда, когда операция без кодового названия. Без кода настоящей операции не бывает. Это два.
Тут вмешался Лали Дока и говорит:
— Кодовое название нужно.
Тогда мы стали спорить о названии. А Риток говорит:
— Давайте так: «Ха-ха-ха, у нашей операции есть кодовое название».
Это он для того, чтобы поддеть Яни.
А Шани Сас говорит:
— Давайте так: «Лови дохлую крысу!»
У Шани Саса на уме одни шутки. От этой глупости мы немедленно отказались.
Но когда Шани сказал про крысу, я вспомнил про дикую кошку. По-моему, идея что надо! И говорю:
— Пусть будет: операция «Дикая кошка».
Это ребятам понравилось. Ведь операция будет на той лужайке, где трое товарищей из ХВС — Дока, Боднар и Моржи — дрались с дикой кошкой. И мы нападём на неприятеля, как дикая кошка, — незаметно и быстро. Заодно мы окрестили и лужайку, составили карту местности и написали: «Лужайка дикой кошки».
А карты сделал Лали. Здорово он придумал: начертил схему, нацарапал её иголкой на засвеченной фотоплёнке, затем скопировал. И все ребята получили по карте.
Потом Лали составил военный план. Весь союз ХВС окружает гору, по которой разгуливает тот негодяй. Мы разбиваемся на четыре отряда и расходимся по четырём частям света. Медленно продвигаемся вверх и постепенно сжимаем круг — как загонщики на охоте. Восточный и северный отряды двигаются быстрее и теснят неприятеля к «Лужайке дикой кошки». На лужайке стоит моторизованный спецотряд, подкреплённый собакой — это я, велосипед и Моржи — и пускается в погоню за вором, если тот сумеет прорваться и пустится наутёк.
Разработав план, Лали отдал приказ:
— Всем воинским подразделениям даётся день для отдыха и накопления сил. Послезавтра утром в восемь ноль-ноль сбор на вокзале.
— Есть! — рявкнули мы, а Моржи лизнула Лали в щёку.
Мы получили строгий приказ в день отдыха и накопления сил не заниматься никакими утомительными делами. Я выполнял приказ и всего лишь несколько раз прокатился на велосипеде мимо дома Кати. Потом я вспомнил, что сегодня должна быть лотерейная таблица, и поехал в сберкассу.
Мой билет, конечно, не выиграл. Ну и пусть. Велосипед я себе заработал.
До вечера тьма времени… Утомляться нельзя — приказ есть приказ! Что бы такое поделать?.. Придумал: сделаю замок с секретом для тумбочки, где лежит мой дневник. Посмотрим, как моя милая сестрица удовлетворит тогда свою любознательность! Пусть попробует вытащить!
Тому, кто ведёт дневник, а это, по-моему, очень интересное дело, советую запомнить устройство замка. Тогда не страшны никакие сёстры.
Тумбочка, в которой я прячу дневник, на высоких ножках, красновато-коричневого цвета и чуточку источена червями, но, в общем, довольно крепкая. Она осталась от моего прадеда и стояла у нас на чердаке. Когда я начал вести дневник, то с разрешения мамы поставил её к себе.
От старой бельевой корзины, которая тоже валялась на чердаке, я снял запор и приделал к тумбочке. Потом поменялся с Балинтом Балогом: дал ему увеличительное стекло и брусок олова, а он мне замок, который, «сам господь бог не откроет». Это Балинт сказал. Выходит, моя сестрица хитроумнее бога, потому что выкрала ключ и очень легко открыла.
А вот теперь пусть попробует — замок-то будет с секретом.
