Хочется поговорить с Александром Павловичем. Поклонитесь ему и пожелайте всего хорошего.
Простите за беспокойство уважающего Вас и преданного
А. Чехова.
723. А. С. СУВОРИНУ
15 ноября 1889 г. Москва.
15 ноябрь.
Простите, с рассказом Бибикова я ничего не могу сделать: ни сократить, ни исправить, ни рекомендовать Вам напечатать его в том виде, в каком он есть. В рассказе я не вижу ни Ветерона, ни Желтого дома. Ветерона нет, потому что нет живого лица, а Желтого дома автор, слава богу, и не нюхал, хотя и говорит, что наблюдал его в течение целого года. Если хотите, прочтите. Прочтите 3-4 последние странички, и Вы увидите, в чем дело.
Присылайте еще рассказов. Я готов служить. Сия работа меня развлекает, да и приятно сознавать, что некоторым образом, так сказать, имеешь власть над чужими музами: хочу - лучину щиплю, хочу - с кашей ем.
Сегодня я купил у Вас в магазине книг на 6 р. 90 коп. и позавидовал Вам, что у Вас такие хорошие покупатели. Ваш благообразный Богданов, считающий меня Вашим шпионом, сделал мне 10% скидки.
У меня болят зубы. Сегодня ездил лечить одну дохлую старушку, ездил далеко, и, должно быть, меня продуло.
Будьте здоровы 10000 раз.
Анне Ивановне, Настюше и Борису мой поклон.
Ваш А. Чехов.
724. Ф. А. ЧЕРВИНСКОМУ
16 ноября 1889 г. Москва.
16 ноябрь.
Уважаемый Федор Алексеевич
Ужиная с Вами, я показал Вам стихотворение одного моего приятеля, желающего во что бы то ни стало попасть на Парнас. Вы, прочитав стихи, любезно предложили мне протекцию, обещав сосватать их с "Живописным обозрением". Если Вам не скучно, то попытайтесь осчастливить человека. Авось, и в самом деле напечатают.
Как Ваша пьеса? Я многого жду от нее.
Будьте здоровы.
Ваш А. Чехов.
19 ноября 1889 г. Москва.
Александров ждет Каратыгину в понедельник не позже девяти часов утра.
Чехов. На бланке:
Большой Афанасьевский пер., дом Терновской Александру Павловичу Ленскому.
20 ноября 1889 г. Москва.
20 ноябрь.
Возвращаю Вам рассказы. Из "Певички" можно было сделать "Птички певчие", а другой рассказ никуда не годится. В "Певичке" я середину сделал началом, начало серединою и конец приделал совсем новый. Девица, когда прочтет, ужаснется. А маменька задаст ей порку за безнравственный конец… Маменька аристократическая, жантильная…
Девица тщится изобразить опереточную труппу, певшую этим летом в Ялте. Тюлева - это Бельская, а Борисов - баритон Владимиров. С хористками я был знаком. Помнится мне одна 19-тилетняя, которая лечилась у меня и великолепно кокетничала ногами. Я впервые наблюдал такое уменье, не раздеваясь и не задирая ног, внушить вам ясное представление о красоте бедр. Впрочем, Вы этого не понимаете. Чтоб понимать, нужно иметь особый дар свыше. Хористки были со мной откровенны «…» Чувствовали они себя прескверно: голодали, из нужды б «…», было жарко, душно, от людей пахло потом, как от лошадей… Если даже невинная девица заметила это и описала, то можете судить об их положении…
Теперь о делах, черт бы их побрал. На днях встретился мне пресный Левинский и просил узнать у Вас о судьбе его статьи, где он со свойственною ему глубиною трактует о сожигании трупов, которое он наблюдал где-то, кажется в Италии… Сожигание трупов - сюжет интересный. Велите поискать.
Вы обещали князю Сумбатову прислать несколько книг или статей, касающихся "Макбета". Он просит не затруднять Вас присылкою; для него было бы совершенно достаточно, если бы Вы указали, какие это книги и статьи…
Я охотно верю Здекауэру, который пророчит холеру. Это опытный старик. Трепещу заранее… Ведь во время холеры никому так не достанется, как нашему брату эскулапу. Объявят Русь на военном положении, нарядят нас в военные мундиры и разошлют по карантинам… Прощай тогда субботники, девицы и слава!
Приезжайте в Москву. Мой "Леший" пойдет 10 декабря в театре Абрамовой. Кстати, Вы посмотрите "Эрнани", который идет в Малом театре. Играют в общем недурно, не хуже французов, хотя, впрочем, Эрнани-Горев плох, как сапожник.
Прикажите бить в набат: Лейкину не понравилась парижская выставка.
Щеглов Жан собирается в Москву показывать публике горничную и влюбленного в нее молодого человека. Очень приятно.
Миша пошел в Казенную палату.
В Обществе драматических писателей я, в качестве Вашего прямого начальника, заглянул в Ваш счет. Я и другой Ваш начальник, секретарь Кондратьев, стали считать и почувствовали трепет: мы должны выдать Вам за "Татьяну Репину" более пятисот рублей!
Вчера было у нас заседание Комитета. Хлопочем о новом уставе.
Вы пишете, что Настя переросла Анну Ивановну. Нужно расти не вверх, а в ширину. Высокий рост, когда плечи не широки, не в ладу со здоровьем. Надо гимнастику делать, а то я замуж не возьму. В гимнастику я верю сильно.
Поклон всем Вашим. Будьте здоровы и счастливы.
Ваш А. Чехов.
727. А. С. ЛАЗАРЕВУ (ГРУЗИНСКОМУ)
23 ноября 1889 г. Москва.
23 ноябрь.
Добрейший Александр Семенович!
