Письма, 1926-1969 полностью

Но теперь поводом написать Вам стал неожиданный чек от Beacon Press – предоплата за «Идею университета» – на $100. Разумеется, за этим стоите Вы. Но я ничего об этом не знаю: и все же надеюсь, речь идет о переводе госпожи профессора Вейль – и это не случайный конфликт интересов. Могли бы Вы это выяснить? Пока я не узнаю наверняка, я не хотел бы обналичивать чек и отвечать издательству.

Мы осваиваемся. Возникли небольшие трудности – но все уже в прошлом. Всех троих поразил грипп, помощница тяжело заболела и слегла в постель. Я быстро оправился, читал лекцию с температурой (чего не делал десятки лет), не хотел начинать с недоброго предзнаменования и из-за болезни создавать вокруг себя дурную славу. Теперь я невероятно горд, что справился и никто ничего не заметил. Сейчас, избавившись от лихорадки, чувствую себя слегка утомленным. Потом мы стали жертвами новых трудностей демократии с множеством ее инстанций и комиссий. Я хлопотал о пособии на случай вдовства моей жены (главная забота всей моей жизни), но все сложилось удачно! Более чем. Все покупки через кассу на государственное пособие и деньги фонда¹. И из-за преклонного возраста я свободен от выплаты взносов! Затем мне хотели отказать в бессрочной аренде дома (за приемлемую для меня плату), но в конце концов мы вернулись к обещанным мне условиям и я все-таки снимаю ее бессрочно (это важно, учитывая местную нехватку жилых площадей). Но жене, если она меня переживет, придется съехать². Но в одиночку она и не смогла бы выплачивать аренду, фактически слишком высокую³.

Я рассказал Вам о практических делах, в которые я вкладываю всю свою энергию и искусство «дипломатии» – достаточно слабое. Но в глубине души, конечно, скрыт вопрос, когда же рухнет русская Бастилия. Но это вопрос из другого измерения, в котором невозможно ничего спланировать и с которым ничего нельзя поделать. На нашем острове «безопасность» очень утешительна.

Удивительно: по утрам перед дверью фургон молочника! Символ всего.

Лекции и семинар⁴ идут полным ходом, по местным меркам посещаемость очень хорошая. Если летний курс лекций пройдет удачно, я его опубликую: «Истоки и единство истории»⁵ – очень самонадеянно. Ни одной из моих книг тут не достать. Философские тексты к семинару не найти – в Гейдельберге дела обстояли лучше! Там каждый из слушателей получал экземпляр от Майнера, а я закупал значительные запасы для кафедры и собирал целые стопки для грядущих занятий (теперь ими воспользуется мой преемник⁶).

Я надеюсь, Вы уже получили новый экземпляр «Логики», высланный Пипером. Но прошу Вас, не читайте – на это есть годы!

Но теперь главное: Ваши эссе прислал Ламберт Шнайдер. Я снова прочитал Ваше посвящение – мне редко доводится испытывать такую радость: Ваши слова, Ваша открытая поддержка мне дороже и важнее всех премий Гете⁷, почетных докторских званий⁸ и тому подобного. Все Ваши слова пребудут. Я погрузился в чтение: восхитительная книга! Что о ней скажут в Германии! Возможно ничего, как и обо всех других новинках.

Но уже достаточно. С искренней благодарностью

Ваш Карл Ясперс

1. Поскольку во время войны Я. потерял почти все имущество, траты на все покупки были включены в его пенсионные выплаты.

2. Гертруда Я. имела право остаться в доме на Ауштрассе и после смерти Я.

3. При первоначальных ежемесячных выплатах в размере 1100 франков в месяц, плата за жилье составляла около 300 франков.

4. В летнем семестре 1948 г. Я. вел семинар о философии истории Гегеля.

5. Книга «Истоки истории и ее цель» вышла в двух издательствах (Artemis и Piper) уже в 1949 г.

6. Его преемником в Гейдельберге стал Ганс-Георг Гадамер (с 1949 г.).

7. В 1947 г. Я. получил премию Гете во Франкфурте.

8. В 1947 г. Я. стал почетным профессором университета Лозанны.

Дорогой Почтеннейший,