Через некоторое время подъехало ещё несколько машин с гостями. Ещё за неделю до её приезда дом наводнило большое количество прислуги, которые привели всё в соответствии с предпочтениями новых хозяев. Лиза с друзьями провела несколько недель в своём доме и уехала. Потом, через несколько месяцев она снова приехала, пробыв около двух недель, и снова уехала на несколько месяцев. Как-то стоя у окна, Лиза увидела, что перед домом в саду бродят какие-то неряшливо одетые люди, они свободно проходили мимо охраны через ворота и бродили по дорожкам сада.
– Почему посторонние, с виду так какие-то бомжи, болтаются у меня в доме, кто пустил? – Лиза в негодовании почти кричала на охранника.
– Это друзья Дмитрия.
– Вот пусть Дмитрий со своими друзьями встречается за воротами, а не здесь, чтобы я больше их не видела.
Дмитрий и Лиза за всё время больше не обмолвились ни словом. Он, как тень, всегда присутствовал в доме ничем не заостряя на себе внимания, но Лизу почему-то это очень раздражало. Она по—прежнему старалась не встречаться с ним взглядом, нервничала в его присутствии и старалась сразу уйти, если видела его даже издали.
В начале осени вдруг неожиданно Лиза приехала одна. Шли нудные дожди, было промозгло и ветрено. Вечерело, Лиза стояла у окна, куталась в тёплую шаль и смотрела в окно, как моросит дождь по лужам.
– Елизавета, а не хотите сходить в театр, я вам когда-то обещал…? – в проёме дверей стоял Дмитрий, он появился, как всегда неслышно.
– В театр… – Лиза как-то вся напряглась, вглядываясь в полумраке в силуэт Дмитрия в проёме дверей, – а что, неплохая идея как провести вечер, представляю, что у них здесь за театр, но всё равно, поехали.
В ложе она сидела одна, в роскошном платье, мехах и сверкая драгоценностями. Дмитрий был как обычно в тени, ничем не показывая своего присутствия.
После театра они ехали молча в машине по многолюдной в это вечернее время ярко освещённой улице.
– Елизавета, а помните я обещал Вас сводить в ресторан. Пойдёмте, я приглашаю.
– Вы решили сегодня выполнить все свои обещания? Ну, что ж пошли, я не против. А деньги у вас есть?
– Не беспокойтесь.
Они сидели за столиком, слушали музыку, пробовали самые изысканные кушанья… и молчали.
– Когда-то одна моя подруга рассказала мне, что это блюдо стоит больше чем тогда моя зарплата за несколько месяцев, – Лиза как-то смутилась, постаралась усмехнуться, но это плохо получилось.
– Вы хотите мне что-то сказать?
– Да, хочу… вы Дмитрий меня очень смущаете, я не могу находится с вами в одном доме. Это мой дом, я очень не хочу вас больше видеть. Никогда!
– Хорошо, как скажете, я уйду…, сейчас.
Дмитрий встал из-за столика и не прощаясь ушёл.
Лиза посидела ещё какое-то время в ресторане, слушала музыку и о чём-то раздумывала. Потом вышла на улицу, но автомобиля, который должен был ожидать её у входа не было. На такси она доехала до дома. Ворота были закрыты. Она долго звонила и стучала, пока не появился заспанный сторож.
– Вам кого?
– То есть как кого? Я хозяйка этого дома, пустите меня…!
– Здесь нет никакой хозяйки и никогда не было.
Лиза ещё долго стучала, кричала, но всё без толку и ей пришлось ночевать в гостинице. На утро она первым делом созвонилась со своим адвокатом. Тот выслушал её и попросил приехать.
– Что случилось? Почему вдруг меня не пускают в мой дом?
– Он не ваш.
– То есть как это не мой, я его купила, вы же сами оформляли сделку?
– Вы не посчитали нужным ознакомиться с теми документами, в которых расписывались год назад.
– А что в них? – Лиза застыла в оцепенении, ожидая приговора.
– Вам передано право в течении года распоряжаться выделенным отдельным денежным счётом, как вам будет угодно, в любом объёме и в любое время, так же вам было дано право проживать в этом доме. За вами была закреплена ложа в театре и столик в ресторане. Вчера срок договора истёк.
Лиза сидела как парализованная.
– Значит это не наследство, а это всего только на год? Кто так сделал, что всё это значит…, у меня что, больше ничего нет?
– Ничего. Вы теперь будете жить так как раньше. У вас же осталась квартира вашей тётушки, так что….
– А условие, тот кто находится в башне, того нельзя выгнать, действует?
– Да это непременное условие, и оно в силе до сих пор.
