в) Полагаю, что служить буду на севере, но до последней минуты это точно не известно (как всегда в армии).
4. В части – все нормально, за исключением обычных неполадок. Если есть время, наведываюсь, чтобы их ликвидировать.
5. Прочее.
Как ваше здоровье? Напишите о занятиях, о евреях и обо всем. Горячий привет родителям.
Ваш Йон*
Раввину Иегуде Амиталю Март 1974
Выношу на Ваше суждение и усмотрение вопрос о сроке демобилизации двух солдат моей роты – Ицхака Ш. и Яира Г.
Я – командир танковой роты (7-й бригады), занимающей в настоящее время ключевую позицию в анклаве, напротив сирийцев (в районе Тель-Мраи). До какой степени важна роль, которую в эти дни играет рота, может, несо* мненно, хорошо объяснить Ицхак.
Совершенно очевидно для каждого, что месяц апрель, с его праздниками и в свете последних международных событий, заявлений сирийцев и. прежде всего, – в свете происходящей теперь здесь войны, будет так или иначе решающим в наших отношениях с врагами.
Рота расположена на самых передовых позициях анклава, в угрожаемом месте, и в случае эскалации военных действий ее роль в сражении по сдерживанию войск противника будет определяющей. Количество танков в моем распоряжении ограничено, еще меньше число опытных, тренированных танкистов по сравнению с молодыми, пришедшими недавно. Я считаю, что Ицхак и Яир вносят важнейший вклад в военную мощь роты, и уход их в такой критический момент нанесет, по моему мнению, серьезный ущерб боевым качествам занимающей буферное положение роты.
В настоящее время здесь идет тяжелая война, и находящиеся в моем распоряжении силы окружены врагами и ненавистниками Израиля, в том числе войсками, присланными из пяти стран (саудовцы, марокканцы, иорданцы, кубинцы – а этим что мы сделали? – и кувейтцы). И все спешат нас уничтожить.
Кто станет на защиту, если не все мы сами/
Моя скромная просьба: мне очень важно, чтобы Яир и Ицхак продолжали до конца апреля выполнять свои обязанности в роте. Это все. Из бесед с ними видно, что они хорошо понимают важность этого дела. Но поскольку они связаны с ешивой и занятия находятся в центре их помыслов – необходимы ваше мнение и согласие.
С глубоким уважением
Майор Йони Нетаньягу, командир роты.
Милая Мири! 3. 4. 74
Время бежит. И не заметил, как настал апрель. Уже почти четыре недели, как не был дома (с некоторым преувеличением), и в свете создавшейся ситуации видно, что пройдет еще несколько дней, пока настанет время двигаться на юг.
Довольно поучительно здесь находиться. Оказывается, идет небольшая война с участием танков и артиллерии. Снарядам нет конца, и непрерывное состояние боевой готовности. Дорон, наконец, уехал (вчера), и теперь я один глотаю из-под гусениц пыль в этом чудном краю. Он и вправду чудный – много воды, холмов и зелени. Жаль, что над всем этим летает так много снарядов. Ботинки снимаем на два часа в сутки и моемся под душем раз в две недели. Но – не так страшен черт…
Странная война, но все-таки – война.
Только что в нашем секторе упал снаряд (сильный и продолжительный бу-ум), и через минуту придется всех усадить в танки. А сейчас еще бум. Но, по правде говоря, сегодня относительно спокойный день, и даже есть время написать письмо (факт!).
Выводы Комиссии Аграната, начальник Генерального штаба, Помпиду, захват двух офицеров ООН (меньше, чем за километр от района расположения моей роты) и прочее – очень любопытно (когда есть время, не забываем даже послушать последние известия), но нет у меня сил особенно в это погружаться, а у тебя, наверное, нет желания читать о моих соображениях на этот счет (хоп, еще бум). Интересно, знают ли в стране, что за война нача- лась здесь три недели назад. Странное дело. Больше всего я беспокоюсь о том, что в один прекрасный день снаряд опустится прямо на палатку, которая служит нам столовой, в тот самый момент, когда мы все внутри. Так как
бункеров, чтобы в них сидеть и смотреть телевизор, у нас нет, то сидим мы в танках.
Этот последний бум грохнул совсем близко. Надо кончать и позаботиться о мальчиках.
Напиши. Хорошо будет получить несколько слов из дому. Месяц, как мне не было писем. По правде говоря, это первое письмо, которое я посылаю отсюда (прилагаю номер полевой почты). Хотя я привык не получать писем, но приятно будет встретить ответную улыбку из большо- го города.
До свидания, Твой Йони.
Дорогая Тути1 12.4.74
В настоящее время я вполне удовлетворен. Нечто вроде полнейшего мира с самим собой. Драгоценная минута покоя в канун субботы, в половине шестого вечера
Снаружи еще светло. Я сижу на стуле у палатки, а передо мной шеренга моих танков. Позади из палатки вырывается музыка, а в руке – книга, которую я, не читая, лениво держу двумя пальцами открытой.
День прошел без серьезной стрельбы, я даже успел помыться в полевом душе. Вчера снаряд упал прямо в столовую и уничтожил ее начисто, вместе с пристройкой-кух- ней.
Только что прошел со счастливой улыбкой мой заместитель: "Шабат, а?" Минуты эти стоит увековечить, и во мне пробуждается желание написать тебе письмо.
