P. S. До нас дошли слухи, что будто бы на Урале чума. Правда, нам это не угрожает, так как нас могут просто не пустить в сомнительную зону. Но если Вам удастся выяснить эту мрачную деталь, это рассеет все сомнения и подтвердит вопрос о поездке.
Дорогой Василий Павлович!
Всякие причины вызвали наше невольное молчание, не снимающее, однако, нашего участия в поездке. Даже открытка Ваша дошла лишь 23-го по причине моего ненахождения в Ленинграде. Вот наши ответы:
1. Едем.
2. Выясните еще раз про чуму, говорят про нее упорно, называя, правда, Ставропольскую губернию — бывшую и Сев. Кавказ («Где дела, где Днепр» — но все-таки нет ли ее и там).
3. Переговорите с Сухотиным, в качестве шестого.
4. Относительно Ир. Конст. решайте Вы единолично — организационно и конституционно. Мы занимаем нейтральную позицию, тем более, что —
5. Возможно участие в поездке Марианны Ал. Толстой. Сие вырешится в последний момент.
6. Стройте палатку и паруса.
7. Телефон Липатова — 480—09, Толстого — Дет. село № 79.
8. Всю переписку шлите на Д. С. Пролетарская ул., 5.
Целуем и обнимаем
Дорогой Василий Павлович, я в отчаянии. У меня были вплоть рассчитаны сроки. Ангина вышибла из-под меня неделю, а письмо из Оргкомитета подбавило работу (и выступления), от которых нельзя отказаться. Я хочу, очень хочу, чтобы Борис ехал с Вэрпом. Умоляю, найдите заменяющего меня хорошего компаньона и настаивайте, чтобы Борис ехал. Вэрп такая веселая и хорошая собака, что Вы, пожалуй, бросите удочки и будете с Борисом шататься по куропаткам.
Таковы некоторые материалы о состоявшемся и намечаемом лодочном путешествии.
Приз за самую большую рыбу — нож «наваха» — в конце поездки единодушно присудили Николаю Правдухину за выловленного огромного осетра. А. Толстой сам увековечил это событие на фотоснимках, сохранившихся вместе с его письмами.
Владимир Тимофеевич Нос (псевд. Юрезанский) — наш земляк. Уроженец дер. Пичугино Златоустовского уезда, Владимир Нос учился в Красноуфимском реальном училище, но в 1907 году за издание рукописного ученического журнала «Луч» и участие в событиях, связанных с первой русской революцией, был административно выслан в Сибирь.
Через год В. Нос появился в Челябинске, держал экстерном экзамен за реальное училище и стал активно сотрудничать в газетах «Приуралье», «Голос Приуралья», «Уральский край», где печатались его стихи, репортерские заметки, фельетоны и рецензии на театральные представления.
В эту пору молодого литератора горячо поддержал поэт Александр Туркин, содействовавший его поступлению в Петербургский политехнический институт, окончить который не удалось. В августе 1915 года В. Нос был призван в армию. После войны он надолго задержался на Украине, жил в Виннице, Харькове, а последние годы — в Москве.
В письмах С. Сергеева-Ценского, А. Новикова-Прибоя и К. Федина, написанных в разное время, авторы советуют Юрезанскому — нести читателям убеждающее слово правды, мудрости нашего столетия.
Сергей Николаевич Сергеев-Ценский был уже признанным художником слова, когда творческий путь Юрезанского только начинался. Он являлся репортером челябинской газеты «Голос Приуралья».
Владимира Тимофеевича поразило у Сергеева-Ценского страстное откровение:
