Письма к жене полностью

Я всё боюсь, чтоб ты не прислала билетов[65] на старую квартиру Нащокина и тем не замедлила моих хлопот. Вот уж неделю, как я с тобою расстался, срок отпуску моему близок; а я затеваю ещё дело, но оно меня не задержит. Что скажу тебе о Москве? Москва ещё пляшет, но я на балах ещё не был. Вчера обедал в Англ.<ийском> клубе;[66] поутру был на аукционе Власова;[67] вечер провёл дома, где нашёл студента дурака, твоего обожателя.[68] Он поднёс мне роман Теодор и Розалия, в котором он описывает нашу историю. Умора. Всё это однакож не слишком забавно, и меня тянет в П.<етер> Б.<ург>. — Не люблю я твоей Москвы. У тебя, т. е. в вашем Никитском доме,[69] я ещё не был. Не хочу, чтоб холопья ваши знали о моём приезде; да не хочу от них узнать и о приезде Нат.<альи> Ив.<ановны>, иначе должен буду к ней явиться и иметь с нею необходимую сцену; она всё жалуется по Москве на моё корыстолюбие, да полно, я слушаться её не намерен. Цалую тебя и прошу ходить взад и вперёд по гостиной, во дворец не ездить и на балах не плясать. Христос с тобой.

10 дек.

Адрес: Наталье Николаевне Пушкиной.

В С. Петербург в Галерной в доме Брискорн.

Автограф: ИРЛИ, № 1451.

Почтовые штемпеля: «Москва 11 дека.» и «Получ. дек.».

Впервые: ВЕ, 1878, январь, с. 24. Акад., XIV, № 711.

Оба письма твои получил я вдруг и оба меня огорчили и осердили. Василий врёт, что он истратил на меня 200 рублей. Алёшке я денег давать не велел, за его дурное поведение. За стол я заплачу по моему приезду; никто тебя не просил платить мои долги. Скажи от меня людям, [т. е. Василию и Алёшке], что я ими очень недоволен. Я не велел им тебя беспокоить, а они, как я вижу, обрадовались моему отсутствию. Как смели пустить к тебе Фомина, когда ты принять его не хотела? да и ты хороша. Ты пляшешь по их дудке; платишь деньги, кто только попросит; эдак хозяйство не пойдёт. Вперёд, как приступят к тебе, скажи, что тебе до меня дела нет; а чтоб твои приказания были святы. С Алёшкой разделаюсь по моём приезде. Василия[70] вероятно принуждён буду выпроводить с его возлюбленной[71] — enfin de faire maison nette;^a[72]всё это очень досадно. Не сердись, что я сержусь.

Дела мои затруднительны.[73] Нащокин запутал дела свои более, нежели мы полагали. У него три или четыре прожекта, из коих ни на единый он ещё не решился. К деду твоему явиться я не намерен. А делу его постараюсь помешать.[74] Тебя, мой ангел, люблю так, что выразить не могу; с тех пор как здесь, я только и думаю, как бы удрать в П.<е-тер> Б.<ург> — к тебе, жёнка моя.

Распечатываю письмо моё, мой милый друг, чтоб отвечать на твоё. Пожалуйста не стягивайся, не сиди поджавши ноги, и не дружись с графинями, с которыми нельзя кланяться в публике.[75] Я не шучу, а говорю тебе серьёзно и с беспокойством. Письмо Б.<енкендорфа> ты хорошо сделала, что отослала. Дело не о чине, а всё-таки нужное. Жду его.[76] На днях опишу тебе мою жизнь у Нащокина, бал у Солдан, вечер у Вяземского — и только. Стихов твоих не читаю.[77] Чорт ли в <них>; и свои надоели. Пиши мне лучше о себе — о своём здоровьи. На хоры не езди — это место не для тебя.

Адрес: Наталье Николаевне

Пушкиной.

В С. Петербург

Галерной, дом Брискорн.

Автограф: ИРЛИ, № 1452.

Почтовый штемпель: «Москва 16 дека.».

Впервые: ВЕ, 1878, январь, с. 24—25. Акад., XIV, № 715.