По ассортименту и качеству изготовляемых у нас в Союзе огнеупоров мы очень отстали от заграницы. Целый ряд освоенных за границей огнеупоров, которые годились бы для кислородных домен, у нас не делается.
Мы плохо знаем и используем наше минеральное сырье для производства огнеупоров. По-видимому, одни из лучших огнеупоров сейчас изготовляются на циркониевой основе. Но они не освоены нашей промышленностью. Академик Белянкин в своем выступлении указал, что лучшие в мире залежи циркониевых руд находятся у нас на Кольском полуострове и мы их не используем.
Исследовательская база у нас очень запущена. Например, в лабораториях отсутствуют даже печи для опытного обжига при температуре свыше 1.500°, тогда как за границей уже в промышленном масштабе имеются печи с температурой обжига 1.750°, что как раз необходимо для изготовления огнеупоров высокого класса.
Выступавший технический руководитель Вашего главного управления по огнеупорам произвел жалкое впечатление (доклад его вызывал улыбки в аудитории).
Как Вам известно, для того, чтобы поднять наши огнеупоры, Главкислород при СНК СССР уже с год тому назад объявил конкурс на огнеупоры. Но этого, конечно, мало. Необходим целый ряд решительных мероприятий как для привлечения к этому делу крупных научных работников, так и для поднятия исследовательской и промышленной базы этого производства.
Это важный вопрос, так как без его решения мы не поднимем кислородную проблему в черной металлургии.
Понятно, что Ваше отсутствие, можно сказать, сорвало продвижение этого вопроса. Если бы Вы меня предупредили, что не можете прийти на это заседание, я бы, конечно, постарался его отложить.
Буду Вам благодарен, если Вы ознакомитесь со стенограммами заседания и, совместно с академиком Бардиным, к следующему заседанию Технического Совета 24 января с. г. организуете обсуждение конкретных мероприятий по поднятию вопроса об огнеупорах в нашей промышленности на должную высоту.
Обращаюсь к Вам как к Председателю Совета Народных Комиссаров.
Назначенный СНК член Технического Совета Главкислорода товарищ Тевосян вчера не пришел на заседание Совета, посвященное вопросам, непосредственно касающимся черной металлургии и внедрению в нее кислорода.
Основной смысл и задачи работы Технического Совета, как я его направляю, заключается в том, что на заседаниях по данному вопросу объединяются наши ведущие научно-технические силы с руководящими организаторами нашей промышленности, которые являются постоянными членами Технического Совета и назначаются СНК.
Привлечь, организовать и заинтересовать наших научно-технических работников — это мое дело и это мне удается. Но вот наших хозяйственников заставить серьезно относиться к этому новаторству мне не всегда удается, для этого, видно, мало одного научного авторитета. Тут только Вы можете мне помочь. Вот я и прошу Вас сказать об этом товарищу Тевосяну, который, конечно, очень хороший и прогрессивный нарком, но если он своим примером не будет показывать серьезного отношения к интенсификации кислородом металлургии, то все его работники будут делать то же. Тогда дело сорвется.
Помогите, пожалуйста.
Копию моего письма тов. Тевосяну прилагаю.
Я познакомился с постановлением «О повышении окладов работникам науки и пр.». От всей души приветствую поднятие научной работы в Союзе, но я не согласен с духом постановления, так как в основу высокой шкалы окладов поставлена не продуктивность научной работы ученого, а его организационная деятельность в области науки. Например, согласно этому постановлению ученый, решивший всецело отдаться научной работе, будет получать оклад не более 9000 руб. (5000 р. + 4000 р. = 9000 р.)[142]. Это имело бы место с покойным академиком А. Н. Крыловым, который терпеть не мог тратить свое время на что бы то ни было, кроме научной работы, и в особенности на администрирование и заседания. С Другой стороны, члены президиума, как, например, академик Образцов, живое воплощение Пушкинского «князя Дундука», будут получать не менее 15 000 р.
Поэтому это постановление поддерживают старую и плохую традицию русской науки, по которой обычно талантливый молодой ученый вначале затрачивает все свои силы на научную работу и выдвигается. Тогда, прельщенный окладом и почетом, начинает занимать административные посты, после чего он быстро начинает отвыкать от научной работы и отдавать свое время администрированию и заседаниям; он вырождается в дундука, и ему, по новому постановлению, за это, как и прежде, причитается наибольшее жалование.
