Письма о письме полностью

в общем, надеюсь, книги вы получили. женщина сходила на рынок, принесла бумажную коробку, нарубила ее и сделала всю грязную работу. ваш друг сказал, что за книжки он заплатит, сказал: «Я просто спишу это на конторские расходы». Я предположил, что 5 дубов за книжку будет нормально, а поскольку авторские отчисления мои всего десять центов за экземпляр из проданных 3000 книг, я решил, что мне обломилось. Наверно, он тоже так подумал, поскольку прошло уже 2 недели, а я не слыхал. но тогда я ему сказал: «Если не хватает, не стоит». и, наверно, нам в итоге всем не хватает. всегда есть могила, и мы из нее не выкупимся, никогда. Я как-то раз жил в одном месте в Атланте за доллар 25 центов в неделю. Месяц я жил на 8 долларов. и писал поэзию на полях грязных газет, которые подбирал с пола. ни света, ни тепла. Не знаю, что стало с газетами. Я как бы помню, что стало со мной. это нормально, даже когда становится ненормальным. Сегодня я вам много затираю. вы еще читаете? Вот интересно. в общем, 45 – грустный возраст. 30 было хуже всего. Это я пережил. Не стану делать вид, что у меня кишка не тонка. Мне просто интересно.

ну а теперь будьте готовы к непристойности: конечно, мне бы хотелось с вами встретиться. Хотелось бы посмотреть, как вы сидите на стуле напротив меня. шансов немного. Я не очень разговорчив. Почти все время неважно себя чувствую. это будет как встреча б. г. с Богом. а потом вы пойдете отлить, и я скажу, глядите, Бог тоже ссыт. не стоит ненавидеть поклонение, Генри, вам такое светит. вы это уже пережили. Я вас зову «Генри», потому что сам получаю эти длинные бессвязные письма от одного студента, который упорно зовет меня «м-р Буковски» всю дорогу, покуда у меня не возникает ощущение, что меня имеют, а ему на самом деле хочется ползать по моему расплющенному трупу. в общем, если решите когда-нибудь приехать, эгей, мой № телефона НЕ-1-6385, а адрес на конверте. но я теперь я вам фуфло гоню. Не стоит и думать.

Селин, Селин, мой бог, Селин. что они вообще такого человека сотворили??

еще пива.

в общем, поскольку вы Селин, мне бы хотелось, чтоб вы знали, что б там ни было написано, я это пережил – скамейки в парках, фабрики, тюрьмы; охранял дверь борделя в Форт-Уорте, работал на фабрике собачьих галет, сидел в одной камере с Врагом Общества № 1 (вот повезло-то!); грабил пьяных и сам грабился пьяным; больницы с раскроенным брюхом; живал со всякой блядью и чокнутой сукой от Побережья до Побережья; все ужасные работы, все ужасные женщины, всё, и только малая часть всего этого вылезает у меня из поэзии, потому что я пока недостаточно мужик и, возможно, никогда им не стану; наброс в «Ля Обозрении Грэнд-Ронд», дескать, я груб, у меня правописание слабое и всякие прочие удары. Я не стал покупать экземпляр, у меня кишка тонка, но кто-то мне рассказывал. они там 5 с половиной страниц меня драли. может, я того и гляди дойду дотуда?? но большинство их не понимает вот чего, хоть у меня и правописание слабое, я многое пишу пьяным, и чертовы пальцы соскальзывают, а наутро меня слишком тошнит, чтоб перечитывать, просто перескакиваю, отправить, как я и с этим вот письмом поступлю. утру крепости не хватит, чтобы ночь выстоять.

но продолжать я не стану, наверно, просто остановлюсь; определенно и наверняка я, возм., сказал достаточно. после дикого начала уже 8 лет отмечаюсь на той же чудовищной работе. но как-то на днях продал картину за $20. не глядя взяли. кто-то пульнул в меня двадцаткой из маленького городка во Флориде и сказал: «отправьте мне одну свою картину». стало быть я, может, еще не сдох. вы-то никогда не сдохнете.

нет, я не из тех, кто ходит в гости, и надеюсь, вы не думаете, будто я намерен на вас кинуться. Я был пьян, когда писал письмо, если это может служить оправданием. что ж до пьянства, если оно марает или свинчивает башку с моего творчества, это очень скверно. Мне больше нужно жить от минуты к минуте, чем быть каким-либо творческим художником; я вот о чем, мне нужно чем-то себя подхлестывать, а то я запаздываю, я трус, в двери проходить не хочу.