Третьего дня получил я письмо Ваше, а сегодня от Владыки, на которое подробно буду отвечать. А теперь пишу коротенькое, и за неимением времени. Завтра отправляется к Вам о. Парфений, с ним я отправляю к Вам письмо это и письмо от о. протоиерея Громова с приложением к тому 17 тетрадей. Я нахожу, что мне здесь начать это дело неудобно, по краткости предполагаемого мною здесь для прожития времени, а Вам это удобнее будет, так пишет мне и о. протоиерей Громов.
Вчера послал я бумагу в Московскую Синод. Контору с требованием Св. Мира, которого просят в Якутск. Я просил отпустить 4 бутылки в прием Вам, позаботьтесь об этом, и к 1-му январю чтобы было все готово для того, чтобы мне можно было взять это миро с собою.
Быть может, спросят, почему я много требую мира. Скажите на это, что мы недавно получили бутылку, и она уже, как пишут, выходит.
Медаль Павлову получена мною и будет отправлена на днях.
О награде Константину Андреевичу еще не слыхать ничего. А также ничего не слыхать и об окончании моего дела. Вероятно, составляется или переписывается протокол, который я просматривал и дополнял.
Третьего дня был я на церемонии во дворце и закусывал там, а сегодня с о. Парфением обедали у Наследника. Так угодно было Государыне Императрице, которую я, впрочем, не видал сегодня.
Письмо Владыки я еще не прочел хорошенько, а пробежал так и ничего не могу сказать о нем. Но, кажется, что замечания его не везде неопровержимы. Получил я письмо и от Сергея Михайловича[51] с уведомлением, что он исполнит мою просьбу.
Ложечниковым и Чаадаевым поклон и благословение.
Узнайте — есть ли в Синодальной лавке Вашей в продаже книжки мои «Указание пути в Ц. Н.». Если есть, то купите 300 экзем. для меня, а, пожалуй, и все 500.
Затем прощайте, до свиданья. Господь с Вами!
Преданный Вам Иннокентий, А. Камчатский.
Ноября 28 дня. 1857. С.-Петербург.
Высокопреосвященнейший Владыко, Милостивейший Архипастырь и Отец![52]
Прежде всего, и паки имею честь поздравить Ваше Высокопреосвященство с днем Ангела Вашего. Присовокупляю и к числу прочих мое желание и мою мольбу. Да укрепит Господь Бог Ваши силы духовный, душевные и телесные и да продлит дни Ваши еще надолго для блага Церкви!..Чем более я всматриваюсь в ход дел наших, тем более вижу, как дорога жизнь Ваша для Церкви нашей. Это отнюдь не комплимент только.
Затем приношу мою благодарность за письмо Ваше от 25 ноября, которое я получил вчера, но не имел еще возможности прочесть его как следует. Не знаю, успею ли я ответить на замечания Ваши касательно викариатства. Если успею, то постараюсь, а иначе буду иметь честь лично объясниться по сему предмету, если только угодно будет Вашему Высокопреосвященству выслушать меня.
Теперь скажу нечто только о главном предмете письма Вашего, т. е. о деле перевода Св. Писания.
Из первых слов Ваших видно, что Вашему Высокопреосвященству желательно, чтобы это дело не останавливалось за ответом от Вас на предполагаемый вопрос. Не знаю, как в Ваше время, но теперь дела в Синоде идут очень небыстро, lento graduo, т. е. лениво грядут. Дело это еще и по сие время находится у Преосв. Афанасия, т. е. у второго. По крайней мере, до меня четвертого и среднего еще не дошло, а между тем приближаются уже праздники. Я одно только и могу сказать, что мне уже не придется участвовать не только в подписи окончательного протокола, но даже и в суждении о том: как и в каком виде предложить первый вопрос Вашему Высокопреосвященству касательно того, как приступить к делу.
Вы изволите говорить, что Вы одни, а нас много, и что
Да, и у нас бывает некое единство, только не во мнениях и суждениях, а в подписании протоколов, да и тут у всякого свой почерк. Положим, что для начертания подробного плана у помянутого дела нужно мнение или совет многих. Но вести и направлять это дело по мнению моему должен один кто-нибудь, разумеется, со многими помощниками и подпомощниками, иначе будет то же, что стало с Исакием[53]
сакиемЂ.
Драгоценностей, трудов и искусства много, но выходит то, что, быть может, нет нигде храма с большими неудобствами и недостатками для служения (ризницы нет, забыли сделать место для певчих и проч.)
В настоящее же время кто лучше Вас может исправлять дело перевода? Я той веры, что Господь хранит Вас именно для этого великого дела.
Относительно же мнения моего о викариатстве я скажу только, что умножение викариев нужно во-первых для того, чтобы, не раскольников только обращать, нет! Их может обратить Сам только Бог, но чтобы служением Архиерейским и живым словом их сохранять в православии тех, кои еще считаются нашими.
