Дорогой Георгий Гаврилович, несмотря на необычные снежные заносы, происшедшие здесь, Ваше письмо № 5 все же дошло. Уже несколько дней сидим без телеграфных сообщений, ибо линия была повреждена снегами. Таких поздних снегов здесь не запомнят. Очень характерно то, что Вы сообщаете о газетной заметке в «Геральде». Может[е] всем определенно говорить, что эта заметка, конечно, сделана с явным клеветническим намерением. Экспедиция кончилась, отчет только что послан, а в феврале и марте, как всему миру известно, никто семян не собирает. Ни я, ни Юрий никогда не собирались поступить или оставаться на службе Земледельч[еского] Деп[артамента]. У меня имеется определенная бумага, что Деп[артамент] предлагает мне «ту лид энд ту протект Американ экспедишен»[141]. Но оставаться служащими Деп[артамента] мы никогда не собирались, а почти двухлетняя экспедиция, во всяком случае, не могла быть сделана бессрочной. Мой заработок — мои картины, и почти два года было потеряно для моего искусства. Итак, и эта клевета подстроена предателями, но с теми же негодными средствами. Больше того, у нас имеются телеграммы от Департ[амента], в которых нам предлагается ехать в Кукунор в сентябре, на что мы должны были категорически ответить отказом. Причин много: во-первых, мы могли бы доехать туда лишь в октябре уже по окончании семенного сезона, а во-вторых, эта местность была занята шестидесятитысячным корпусом красных китайцев, и мы попали бы в безысходную ловушку. Эти обстоятельства были нами определенно телеграфированы Департам[енту], и у нас имеется ответ, что Деп[артамент] признаёт непрактичность своих предложений. Все это очередная клевета. Ведь сейчас, судя по газетам, в Америке происходит какая-то волна преступности. Многие американцы покидают страну, так перепечатывают здешние газеты американские сообщения. Как Вы знаете, Линдберг должен был спастись в Англии, а теперь многие крупные деятели переселяются в Австралию. Хорш с двумя сообщницами показывает во всей своей мрачности[142]. Но каждое их отвратительное действие вызывает к жизни новые светлые силы. Не было ли от Вас какого-либо пакета, адресованного Хоршу, полученного там 9 янв[аря]? Мы понимаем, что там видели Ваш конверт Хоршу, и нас спрашивали об этом. В чем дело?
Е. И. сомневалась, выдержит ли Шено данное ему испытание. Удивительно сложна психология — оставаться членом Комитета, но не входить в президиум, ведь разница невелика. Из письма Гавр[иила] Гр[игорьевича] мы поняли, что Шабас остается, и, таким образом, хотя бы за отсутствием председателя остается вице-председатель и генеральный секретарь, иначе говоря, Комитет существует. А тем временем уже в спокойном темпе можно подыскать председателя, отвечающего задачам Учреждения. Следует подыскивать какие-либо платные Общества, которым можно было бы под временное заседание сдавать наше помещение. Тем самым можно хотя бы частично облегчить вопрос о сумме на помещение. Ведь Вы знаете, насколько все напряжено, и нужно найти возможности, чтобы продержаться это трудное, но высокостроительное время. Только слепой не видит, куда все идет. Ко времени выявилось и предательство трио в Нью-Йорке. Ведь с такими типами никакая строительная работа не была бы возможна. Если они для начала выявились с присвоением чужих шер, то что же можно было ожидать в будущем?
