— Простите, откажусь. Не курю.
— С алкоголем тоже придется быть очень осторожным, — прикуривал князь от газовой зажигалки в форме знаменитой статуи Свободы.
Несколько пошловато. Однако зажигалку с намеком подарили моряки. В кулуарной беседе обещали прикурить от факела оригинала.
— Георгий Михайлович, посмотрите на карту. Наша ближневосточная зона интересов, это сплошной мусульманский заповедник, суровая, пестрая и бездонная как римская канализация Азия. Люди в целом хорошие, со своим достоинством, уважением.
Но прошу зарубить себе на носу, это другая культура, другой образ мышления, другие ориентиры, даже время там течёт иначе, местами стоит на месте или течет обратно. Это другая цивилизация. Она многих очаровывает. Есть свой шарм, природное обаяние. Однако для местных белый человек всегда останется чужаком, неверным. Не обманывайтесь, улыбка торгаша ничего не стоит.
Со стороны это сплошное зеленое море, но, если приглядеться, мы видим, что объединиться под знаменем очередного пророка им мешают объективные обстоятельства, и это не знаменитая южная лень. Прежде всего шииты Персии воспринимают иных мусульман как еретиков. Это древняя страна со своей особой культурой, персы помнят, что строили империи еще когда предки арабов по пустыням нагишом бегали, а европейцы с дуба не слезли. Вот одна из главных линий раскола.
Я специально выделил в отдельное королевство Иерусалим. Это Гроб Господень, святыни и центр притяжения всего христианского мира, будущий престол Вселенского Патриарха. Город никогда не будет мусульманским, в Иерусалиме никогда арабы не превысят одной десятой от всех жителей, евреи тоже. Вот наш стержень, центр и рычаг. Вы прекрасно знаете историю с переселением евреев. Не скрою, мы специально воткнули этот толстый кол с зазубринами в самую болезненную часть арабского мира.
— Я слышал интересную историю с назначением самого Христа царем.
— Мессии, мой друг. Для евреев он мессия. Не будем богохульствовать и лезть в богословские споры.
Князь сменил позу, взял мирно тлевшую в пепельнице папиросу и глубоко затянулся.
— Иудея нам нужна как вечный камень преткновения в кишках арабского мира. Система крайне неустойчивая, а баланс зиждется на Иерусалиме, нашей торговле и нашем арбитраже. Мы оказываемся нужны всем местным. А согласно договоров с правителями в зоне интересов Петербург определяет их внешнюю политику и торговые контакты. Более того, с подачи одного нашего родственника создается еще один центр контроля и силы.
Дмитрий подошел к карте на стене и показал на точку на средиземноморском побережье.
— Бейрут. Древний богатый город с традицией. Один из двух центров нефтепереработки и перевалки нефти. Ливан маленькая страна между Иудеей и Сирией. Страна с выходом к морю, мощными портами и очень интересным населением. Вам придется стать королем и заботливым отцом для местных христиан, друзов, язычников и еще дюжины всяких сект. Не обольщайтесь, марониты больше тяготеют к католикам и никогда не подчинятся православным церквям, но зато среди мусульман сильный разброд. Пользуйтесь этим, интересуйтесь делами общин друзов и алавитов, они ваши естественные союзники.
— Хорошо, Дмитрий Александрович. Вы бросаете меня в ров со львами.
— Нет, в огненную печь. Или в яму со змеями, как датские язычники. Если опасаетесь, то никто и слова не скажет.
— Опасаюсь, — кивнул сын польского короля Михаила. — Не хочу показывать дурость пьяного гусара. Лучше скажите, что у Ливана с бюджетом и армией?
— Все плохо. Бюджет дырявый. Армию придется создавать с нуля. На русские гарнизоны сильно не рассчитывайте. Есть приказ, не лезть в местные дела и не вмешиваться в поножовщину, если оно не затрагивает наших интересов напрямую.
Молодой человек князю Дмитрию понравился. Чувствуется рассудительность, редкая способность думать. Есть шанс, что вырастет в человека.
— Кто контролирует транзит нефти? — этим вопросом Георгий окончательно завоевал симпатии всесильного порученца Его Величества.
— Трубопровод и отгрузочные причалы выкупила «Уралнефть». Принадлежит на треть казне, на треть господам Второвым, треть неизвестному акционеру, — князь намеренно не погружался в пояснения. Четверть " Уралнефти" принадлежала ему лично.
— А вот вся нефтепереработка отписывается на короля Ливана, — продолжил Дмитрий. — Вам придется самому решать, как распорядиться прибылями.
— Думаю, надо напроситься на аудиенцию и попросить совет у его величества. Его опыт точно пригодится.
