Приостановившаяся в арке Алиса услышала музыку. Впервые она звучала без надрыва!
Он ждал Генриха на террасе турецкого ресторана. Пил кофе и вел рабочую переписку. Заведение находилось рядом с отелем, но ближе к площади Свободы. Его выбрал Генрих как более или менее цивильное. А Ромчик очень хотел хорошего кофе, поэтому не возражал.
– Купил! – услышал он возглас друга и оторвал взгляд от экрана телефона.
– Что именно? – Генрих бегал в сувенирную лавку за подарками.
– Папахи. – И Генрих потряс объемным пакетом.
– Магнитики для лохов?
– Точно. Их все в Китае делают. Еще куплю много фунфыриков с крепким алкоголем и сушеную хурму. Но это все возле нашего отеля продается.
Он плюхнулся на стул, пакет пристроил на свободный. Официанту, что подошел, велел нести красного вина.
– Я в отделение криминальной полиции хотел идти, – сообщил Роман.
– Зачем?
– Чтобы помочь следствию сведениями.
– Но не пошел?
– Решил, что лучше не ввязываться. Сами разберутся.
– Рад, что умная мысля в твою голову пришла не опосля. Нам всем надо валить из этого города, а вам с Алиской особенно. Ясно, что вы вне подозрения, но сейчас такая политическая обстановка… – Он схватил санитайзер и начал обрабатывать руки. – Я бы вообще на вашем месте, найдя труп, свалил. Пусть бы его обнаружил кто-то из местных.
– Не по-человечески это… Оставлять тело крысам на растерзание.
Генрих кивнул и, завидев официанта с вином, заулыбался.
– По этому нектару я точно буду скучать, – промурлыкал он.
– Можно задать вопрос? Личный.
– Попробуй.
– У тебя когда-нибудь были отношения?
– А ты как думаешь?
– Помню, что ты был жутким бабником. Крутил с барышнями, что велись на твою машину и зарплату…
– Я упростил, рассказывая тебе о своей личной жизни. Некоторые были без ума именно от меня. Но за всеми нужно было ухаживать. Не до секса, так после. А мне не хотелось.
– Поэтому я и спросил про серьезные отношения. Были ли они с кем-то?
– Да. С Полей.
– Ты так хотел стать ближе к Наташеньке, что замутил с ее сестрой?
– Неправильно. Я был настолько близок к Наташеньке, что замутил с ее сестрой.
– Ты просто исключил слово «хотел»?
– Да. Оно лишнее. – Он пригубил вино и причмокнул от удовольствия. – Я был ее ангелом-хранителем, куда уж ближе? После меня шли мама и сестра. Муж Максим следом. Мы так много времени проводили вместе с Полей, что сблизились.
– Ты хоть немного ее любил?
– Конечно. Но именно немного. Так считала Поленька. Она вечно меня ревновала к сестре, причем прилюдно. На семейных посиделках устраивала скандалы из-за того, что я уделяю ей меньше внимания, чем Наташеньке. Тетя Оля первая не выдержала. Она сказала: «Расставайтесь, пока друг друга не возненавидели!» И познакомила дочь с сыном подруги. Он завершил спортивную карьеру, вернулся из Краснодара домой. Сейчас они муж и жена. И у них есть дочка. Так что тетя Оля бабушка.
– А ты так и не женился.
– Как и ты! – Генрих взял меню, чтобы поискать легкую закуску к вину. – Но тебе нравится Алиска, так? Ты что-то увидел в этой серой мышке…
– Чем она тебе не угодила? Нападаешь на нее постоянно.
– Да я понять не могу, как после Наташеньки можно увлечься такой, как Алиса. Не в ней дело – в тебе. Я злюсь на тебя, но транслирую негатив на нее.
– Хорошо, что ты уезжаешь. Когда, кстати?
– Я смотрел вылеты. Есть ночной. – Генрих выбрал сырную тарелку, о чем сообщил официанту. – Ты что будешь делать далее?
– Отправлюсь в путешествие по Грузии, как и планировал. Меня ждет Кахетия. А сейчас извини, мне нужно идти.
– По магазинам?
– Да, я устал стирать одну и ту же футболку.
– Звони, когда вернешься в отель.
Ромчик положил под блюдце купюру и, махнув Генриху, покинул заведение. Насколько он помнил, проспект Руставели с торговым центром «Галерея» находился правее.
Деликатный стук в дверь отвлек Алису от просмотра юмористического шоу. Она так давно не смотрела российское телевидение, что забыла, как это здорово – просто валяться на кровати и таращиться в экран. По нему скачут ряженые люди, причем не первой молодости – она многих знает с детства. Их еще ее мама любила, и шутки бывалых юмористов хоть и неактуальны, но понятны ей.
Впервые за полгода Алисе захотелось домой, в Россию!
Стук повторился. Она пошла открывать.
– Как ты на новом месте? – Хозяин гестхауса по просьбе Романа переселил ее в другой номер.
– Отлично.
Она не врала ему из вежливости. Эта комната даже больше ей нравилась, хоть и находилась чуть ли не в подвале.
– Тут много света, – она развела руки, чтобы он обратил внимание на россыпь лампочек, – простора, шикарная кровать и телик во всю стену, – отчиталась она.
– Потолок низковат, – заметил Рома, переступив через порог. – Не давит?
– Я не такая высокая, как ты. Мне нормально.
– Куда ты исчезла сегодня? К друзьям-поэтам ходила?
– Просто прогулялась.
– Я тебе денег принес, – сообщил он. – Немного, но пока больше обналичить не могу.
– Не надо. Ты и так оплатил мне проживание, а я, по сути, ничем не помогла…
– Всего семьдесят лари. Это чуть больше двух тысяч рублей. Возьми, пригодятся. – Он достал их из кармана и положил на стол.
– Спасибо.
