Санкт-Петербург, май 1890 года. Обыкновенный светский ужин заканчивается обнаружением давно утерянного послания. В письме скрыта ужасная тайна, а ее разгадка теряется далеко в прошлом. Узнать правду на этот раз оказывается не так легко, как хотелось бы, а опасность подстерегает на каждом шагу.
Прогуливаясь по парку, Элен чувствовала, как подступает волнение.
Лидии все не было, равно как и отца. В очередной раз свернув на тропинку по соседству, она бросила взгляд на посольство, куда пригласили дипломата Штермана, и вздохнула.
Монументальная тень Исаакиевского собора невольно вызывала дрожь при одном только взгляде на него, прохлада деревьев приносила легкое облегчение в ту жаркую погоду, что воцарилась в столице Российской империи. По брусчатке грохотали экипажи, встречные прохожие негромко переговаривались, и день казался таким погожим, что стоило просто наслаждаться его красотой.
Однако Элен что-то тревожило.
Проведя рукой по непослушным темным кудрям, выбившимся из-под шляпки, она вновь взглянула в сторону посольства. Светлую головку Лидии, даже укрытую легкой шляпкой гимназистки, было хорошо видно издалека. Девочка шла быстрым шагом, прижимая к груди небольшой саквояж, и при взгляде на нее Элен не могла сдержать улыбки.
Решение позаботиться о младшей сестре Марфы было единственно верным.
– Прошу простить мне мое опоздание, Елена Павловна, – чуть запыхавшись, проговорила Лидия. – Мы задержались после французского…
– Не стоит извиняться, – ласково прервала ее Элен. – И можешь звать меня просто Элен, мы ведь об этом уже говорили.
Лидия в ответ лишь виновато улыбнулась и потупила глаза.
– Сейчас дождемся отца и поедем домой. Пока расскажи, как в гимназии? Никто не обижает?
– Нет, что вы. И учеба дается легко, особенно литература и языки. Вот только по естественным наукам приходится больше полагаться на память…
– Они и мне давались тяжело. – Элен украдкой взглянула на улыбающуюся девочку. – Лидия, скажи, ты не жалеешь, что переехала к нам? Быть может, скучаешь по дому? Если что-то понадобится, не бойся, говори смело.
– Нет, не жалею, но… Вы правы, скучаю. По Марфе и по отцу.
Марфы не хватало и ей. Довольно часто, оказываясь в тех или иных покоях Зимнего дворца, Элен ловила себя на том, что свежие новости стоило бы обсудить с камеристкой. Лишь много позже приходило осознание того, что вместо Марфы уже несколько месяцев служит совсем другая девушка.
Ей казалось, что чувство утраты вот-вот притупится, но с каждым прошедшим днем эта пропасть лишь становилась еще глубже.
Возможно, вдвоем с Лидией у них получится справиться.
– Быть может, зайдем в кондитерскую? – меж тем предложила Лидия. – Возьмем пирожные к столу?
Отказать горящим глазам девочки Элен не смогла.
Отпустив Лидию до магазина, она присела на скамейку. От неудобной шляпки начинала болеть голова – помогавшая ей с нарядом горничная слегка перестаралась, и крепившие прическу шпильки больно тянули волосы. Она изящно поправила локон, чуть поморщившись, и прикрыла глаза.
Через несколько дней ей предстояло вернуться на службу. Государыня уехали в Петергоф, Василина и Китти отбыли с ней, Натали отправилась в Москву с матушкой, а Мария осталась во дворце. По возвращении ее ожидала подготовка к приезду императрицы и последние сплетни из уст фрейлины. Куда с большим удовольствием она провела бы время с отцом.
И что его только так задержало?..
Элен бегло взглянула на часы. Она прождала его в парке уже почти целый час. Должно быть, случилось что-то важное, раз от него так долго нет вестей.
Она аккуратно расправила юбку платья и встала, высматривая Лидию среди гуляющих, как вдруг ей на глаза попался серый котелок – с виду ничем непримечательный. Его обладатель как раз пересек улицу и вошел под сень деревьев, почти тут же поймал ее удивленный взгляд и не менее изумленно улыбнулся.
– Иногда мне кажется, что стоит лишь повернуть за угол, и я непременно встречу вас. Добрый день, Елена Павловна.
– Добрый день, Виктор Андреевич, – смущенно вторила ему Элен. – Признаться честно, подобные мысли одолевали и меня.
Снисходительно блеснув глазами, Виктор коротко коснулся ее руки, поправил котелок и остановился напротив. В уголках его губ Элен заметила знакомую притаившуюся усмешку.
– Вас сюда привели дела дворца? Насколько мне известно, Ее Императорское Величество сейчас в отъезде.
– Скорее дела семейные.
Виктор Андреевич понимающе кивнул, мгновение помедлил и предложил ей руку, на которую она благодарно оперлась.
– А вы здесь по службе?
– Илья Алексеевич просил привезти документы. Благо работы сейчас не очень много, и я могу заняться этим лично.
– К сожалению, для нас с вами это непозволительная роскошь – наличие свободного времени, – Элен коротко улыбнулась.
– Действительно, к сожалению.
Краем глаза она заметила устремленный на нее мужской взгляд, ответив на него спокойной улыбкой, озарившей ее лицо. Оглядываться, впрочем, она не стала, что стоило ей немалых трудов, однако лишь так ей удалось сдержать бушующее в душе волнение.
Со дня их последней встречи минула пара недель, с ее последнего письма и того меньше. Виктор Андреевич выглядел посвежевшим и отдохнувшим, и на мгновение ей подумалось, что после каждой их встречи у него лишь прибавляется хлопот по ее милости, но размышлять об этом всерьез ей не хотелось.
