– Нет, это было транспортное средство для перевозки людей. Небольшая такая повозка, в которую запрягали ослов. И людям приходилось ехать стоя. Немного напоминала колесницу.
Клер переглянулась с Эндрю. На лице его читалась растерянность.
Франческа взяла второе письмо Алессандры кузине, датированное 5 марта.
– А вот это слово
перевести будет трудней. Оно означает человека-одиночку… ну, возможно, отшельника. Есть у него и второе значение, возможно, оно покажется странным. Это тот, кто не ест ничего, кроме меда.
– Как Иоанн Креститель, – вставил Эндрю.
– Да, возможно, значение именно таково: мудрый человек, философ, какой-то святой или отшельник. Но самое главное – человек, живущий вне общества. – Франческа виновато улыбнулась, – Я не сумела вам помочь, верно? Если хотите, могу позвонить одной даме, профессорше. Она арабистка, училась вместе со мной. Она наверняка сможет рассказать вам больше, только не знаю, как скоро. Возможно, только на следующей неделе.
Эндрю вопросительно взглянул на Клер. Ваша идея, вам и решать, говорил его взгляд.
– Да нет, это не обязательно, – сказала она Франческе. – Мы думаем… впрочем, я не уверена, но мне кажется, от нового перевода толку будет не много.
Они забрали письма, снова уселись за стол. И погрузились в задумчивое молчание. Клер была разочарована, хоть и не могла толком сказать, на что именно надеялась. Одно ясно – она была разочарована. Утро начиналось так оптимистично, но все их труды и старания оказались лишь напрасной тратой времени. Хуже того – перевод писем лишний раз подтверждал, что гипотеза, выдвинутая в ее диссертации, очень шатка. Она уже жалела, что прибегла к помощи Эндрю Кента.
– Вы же не думаете, что эти странные арабские слова есть своего рода ключ к коду? – вдруг спросил он.
Он что, умеет читать ее мысли?
– Понимаю, предположение мое выглядит глупо. Но во все времена венецианцы славились своим умением и искусными методами зашифровывать разного рода послания. Переписку и все прочее. Причем речь идет не только об официальной переписке. Купцы использовали коды для шифрования своих деловых писем, хотели защитить от конкурентов и жуликов торговые секреты и утаить перемещение денежных средств. Отец Алессандры был купцом. Если от него она научилась арабскому, то вполне могла научиться и технике шифрования.
– Да, но только все эти письма Алессандры вовсе не зашифрованы, – возразил Эндрю. – Если бы она использовала эту технику, прочесть их было бы невозможно. Мы бы увидели там полную абракадабру.
– Шифрование – не единственный способ передачи секретных посланий. В конце шестнадцатого – начале семнадцатого века стали популярны сборища посвященных и интеллектуалов. Уолсингем в Англии, кардинал Ришелье во Франции, Совет десяти здесь, в Венеции. Применялась масса способов защиты информации, и шпионы – часто служившие дипломатами – искали все новые и новые способы вуалирования передаваемых ими сведений. И еще следует учесть вот что. Если бы Алессандра послала зашифрованное письмо, любому, перехватившему его, стало бы ясно: там содержится какое-то тайное послание. Даже если бы его не смогли расшифровать, оно выглядело бы крайне подозрительно, согласны? Рискованное это дело, посылать зашифрованные письма. Возможно, именно поэтому она старалась, чтобы они выглядели как обычные письма.
Эндрю пожал плечами.
– Думаю, мы только что столкнулись с тем, как искажают историю ее исследователи. Если верить всем этим вашим рассуждениям, ничто не является тем, чем выглядит с первого взгляда. Дневники – не что иное, как искусная мистификация, письма… в них между строчками написан совсем другой текст невидимыми чернилами. Может, если прочесть знаменитое письмо Россетти задом наперед, мы увидим примерно такой текст: “Пол мертв”, а?
– Ну вы уже дошли до абсурда!
– Ах, это я, оказывается, дошел до абсурда! – Эндрю взял письмо от 1 марта. – Я не слишком много знаю о шифровании, но, честно говоря, ума не приложу, как это может быть тайным посланием! Ну, разве что оно представляет собой грандиозную анаграмму, для создания которой потребовалась масса времени и умения.
– Есть гораздо более простые способы. К примеру, некоторые используют специальный шаблон. Он представляет собой лист бумаги, где прорезаны отверстия. Когда накладываешь такой шаблон на письмо, буквы и слова в этих отверстиях и составляют тайное послание.
– Стало быть, и у отправителя, и у адресата должны быть одинаковые шаблоны?
– Да.
– И без них письмо расшифровать невозможно?
– Практически да. Просто я подумала… может, это арабское слово – своего рода инструкция?
– К примеру: “Читайте только те слова, что начинаются с буквы "к"”, так, что ли?
– Ну да, что-то в этом роде.
– Но зачем ей понадобилось помещать ключ к шифру в письмо?
