Мама уехала и оставила Машу одну. Маше было одиноко и тогда она придумала себе друга — говорящего медвежонка Павлика. С Павликом было весело, но через пару часов Маше надоело с ним играть, и она села смотреть телевизор. Павлику не хотелось смотреть телевизор, он ведь был медведем, а медведи, как известно, не воспринимают телевизионное изображение. Поэтому вы никогда не увидите медведя перед телевизором.
— Давай поиграем, — захныкал Павлик.
— Нет! Я хочу смотреть телик! — ответила жестокосердная Маша. — И вообще, уходи в другую комнату и не мешай.
Павлик повесил голову и ушел в другую комнату не мешать. Ему было очень одиноко. И тогда он придумал себе друга — кенгуренка Соломона.
Когда Маше надоело смотреть телевизор, она вспомнила про Павлика и захотела с ним поиграть. Она пошла в соседнюю комнату, рассчитывая застать там грустного и подавленного Павлика, который только и делает, что ждет прихода Маши. Но Павлик был не один… С ним играл ужасный, омерзительный и противный зверь, который ничуть не походил на кенгуру. Разве так придумывают кенгуру? Вот она, Маша, знает точно, как надо придумывать кенгуру. А этот дурацкий Соломон просто облезлый кот с сумкой на пузе. Павлик и Соломон были так увлечены игрой, что даже не заметили Машу.
Чуть не плача, Маша вышла из комнаты. Ее душила обида. Хотелось распридумать Павлика обратно, но она не знала, как это сделать. Тогда она решила отомстить. О, нет, она не стала придумывать себе нового друга. Она сделала кое-что страшнее — придумала Павлику и Соломону врага. Враг был тигром, его звали Нерон.
— Ррр? — заговорщически поинтересовался Нерон.
— В соседней комнате резвятся Павлик и Соломон, — зло сказала Маша. — Как ты к ним относишься?
— Я их ненавижу, — ответил Нерон.
Маша улыбнулась улыбкой удава.
— Ну так иди к ним! — скомандовала она, и Нерон бросился в соседнюю комнату.
Какое-то время на всю квартиру гремел грозный рык тигра, но внезапно он прервался. Маша обеспокоенно заглянула в соседнюю комнату и увидела такую картину: Нерон уныло сидел на задних лапах, передние же лапы были в наручниках. Перед тигром стоял, загораживая собой Павлика и Соломона, полицейский. Он говорил:
— …быть использовано против вас.
— Я буду говорить только в присутствии своего адвоката, — ответил Нерон.
— Хорошо, — кивнул полицейский. — Давайте.
Нерон немного напрягся и придумал адвоката.
— В чем обвиняется мой подзащитный? — спросил адвокат.
— Он совершил нападение на Павлика и Соломона, — объяснил полицейский, — за это он должен сесть в тюрьму!
— Но, позвольте! — возразил адвокат. — Мой клиент всего лишь исполнитель. В тюрьме должен сидеть не он, а организатор нападения.
Все уставились на Машу.
— Я… я… я сейчас армию придумаю! — пригрозила испуганная Маша.
— Мы тоже, — парировал полицейский. — И имей в виду, нас больше. Пока ты придумаешь одну армию, мы придумаем четыре! Так что придется тебе пройти со мной.
Неизвестно, как повернулось бы дело, если бы в этот момент не вернулась Машина мама.
— Мама, мама! — закричала Маша.
— Что здесь происходит? — удивилась мама. — Кто все это придумал?
— Не сердитесь, — сказал Павлик. — Мы сейчас уйдем.
— До свидания, — сказал Соломон.
— Ваша Маша — замечательная девочка, — сказал полицейский. — Такая выдумщица.
— Если понадобится адвокат, вы знаете кого придумать, — сказал адвокат.
— Заходите как-нибудь на чашку чая, — сказал Нерон. — Чай с мясом… Вот. До свидания.
И они все ушли, а Маша и мама остались одни.
Ночью Маша увидела во сне опрятного старичка на облаке.
— Это ты все это придумал? — спросила она.
— Я.
— И меня? — уточнила Маша.
— Да, — ответил опрятный старичок и почему-то смутился. — А тебе что, не нравится?
— Да не, ничего. Нормально.
Опрятный старичок с облегчением выдохнул.
— А покатаешь меня на облаке? — спросила Маша.
— Покатаю, — улыбнулся опрятный старичок. — Залезай.
И до утра опрятный старичок катал Машу на облаке.
