образовалась черная дыра, которая засасывала хоть какую-то светлую и четкую мысль, не
давая Дане ни малейшего шанса.
После нескольких минут и бесполезных попыток вспомнить, каким образом он оказался
здесь, боль слегка отступила, давая возможность здравому рассудку, хоть к какому-нибудь
мышлению. В голове сразу же сверкнула мысль, которая как бы Данила не хотел, отказывалась пропадать. Мысль, которую ему навязал голос, то ли из его собственного
подсознания, толи из глубины его психического расстройства. Конечно, Даня до последнего
надеялся, что причина происхождения его непонятных снов все-таки таится не во втором
варианте, но темный мысли касающиеся его рассудка все равно не покидали его голову.
Боль вроде совсем утихла и Даня понял, что сам он вспомнить, что произошло вчера не
мог, а верить в то что он стал виной гибели всей команды просто отказывался. Собравшись с
161
духом, он одним движение скинул ноги на землю оказавшись в сидячем положении. Тут он
сразу осознал, что переоценил свои силы, так как голова в данный момент была каменной и
чтобы удержать ее ровно, Дане нужно было приложить все свои силы. Он не видел, что
происходило вокруг, так как все было мутное и плыло прямо перед его глазами, но он
понимал, если он что-либо не предпримет, то через несколько мгновений просто потеряет
сознание. С этой мыслью он встал на ноги. Ноги подкосились и он чуть не повалился на
землю в первую же секунду. Но он смог устоять благодаря лишь той мысли что если он
сейчас упадет то на этом все и закончиться. Он сделал несколько шагов и просто перестал
понимать, что он делает. Он не знал, зачем он встал, для чего он это сделала. Ведь даже если
он и поймет что его похитили, что он в током состоянии предпримет, а если он встретит
того, кто его так уделал, что тогда. Он уже не понимая, все равно продолжал идти, он вышел
из небольшого помещения и волоча ноги продвигался по коридору, который вел его в
непонятном направлении. Вдруг его сердце замерло, так как за углом он услышал какое-то
не понятное цоканье. Сил уже практически не было и он повалившись на стену
приготовился сопротивляться до последнего.
- Умру, но просто так не сдамся, - последнее, что промелькнуло в голове у Дани.
Он, собрав все силы, хотел было выпрыгнуть из угла, но его сил хватило только на то, чтобы выпасть из него. В глазах все темнело и плыло. Последнее, что он увидел это два глаза, которые смотрели на него из темноты коридора. Два глаза, которые он уже видел в тот
роковой вечер на посту.
Его разум снова погрузился в темноту. Его сознание неожиданно стало четким и трезвым.
Он сразу подумал о том, как ему хорошо и спокойно. Он совсем забыл о его команде, о том, что он валяется в каком-то коридоре и о том, что псы скорей всего обгладывают его тело. Он
настолько поверил, что он переходит в тот мир, о котором ему рассказывал Сова, тот мир, который не виден ни кому, но при этом есть в каждом из живых людей. Настолько поверил, что отбросил все печальные мысли в сторону и просто отдался тому дуновение, которое его
несло в такую безграничную, такую манящую даль.
Но уже через момент его умиротворение пропало. Он стоял в не знакомом ему месте.
Атмосфера напоминала ту, в которой он оказывался все предыдущие разы, когда погружался
в без сознательное состояние своего разума. Но сейчас, что-то было по-другому. В отличие
от последнего раза, он ощущал спокойствие и умиротворение. Но все равно с тревогой, ожидал, когда же послышится голос, откуда-то из головы.
- Приветствую тебя Данила, - голос был все такой же манящий и прекрасный.
Единственный отличием было то, что голос шел не из головы, а прямо за его спиной. У
Дани вначале было неутолимое желание сразу повернуться, но что-то его остановило. И как
будто читая его мысли, как только он подумал об этом голос произнес.
- Ты боишься. Почему?
162
Данила не хотел отвечать, так как сам не знал ответа на столь простой вопрос.
- Ты совниваешься и не уверен. Ты не боишься, но не понимаешь. Неизвестность тебя
пугает. В этом, нету ничего не обычного, это заложено глубоко в подсознании каждого. Но
что тебе мешает приоткрыть дверцу и просто посмотреть и тогда, не изведанное станет
понятным и страх уйдет.
Данино сердце билось как сумасшедшее. Он понимал, что голос отвечает ему на вопросы, которые только проскальзывали в его мыслях. В голове пробежала мысль.
- Как такое возможно. Боже, я все-таки сошел с ума, а это наказание мне, за то, что из-за
меня погибла команда, - после произнесенного, он ожидал, что на него нахлынут какие-то
угнетающие чувства, но этого не произошло. Он ожидал, что голос, который до этого
подпитывал эти чувства и усиливал их, будет делать это и сейчас, но этого не произошло. Он
был так же спокоен, а его рассудок чист.
- Ты, не в чем, не виноват, - продолжал голос, - с твоей командой все хорошо и ты не
сходишь с ума.
После услышанного его трезвость ума до этого спокойная и ровная пошатнулась. Из всех
чувств, которые до этого как то не естественно дремали в его разуме, вверх взяла злоба. Он
