Маша с Бобой сидели на скамейке в Румянцевском садике, шептались.
– Здесь окрашено, – соврал Боба подошедшей к ним женщине.
Женщина пожала плечами и демонстративно-плотно уселась рядом с ними. Боба с Машей сблизили головы и опять принялись шептаться.
– У нас с Антоном не все в порядке... – шелестела Маша.
Такое ощущение Боба испытывал в раннем детстве. Никогда не помнил, а сейчас вдруг осенило мгновенно – было. Уже было такое. Когда мама принесла Гарика из роддома, развернула и замерла, залюбовалась, а Боба стоял ненужный, никудышный, как барахло какое-то. И на душе скребла обида, как «дворники» по лобовому стеклу – раз-раз, раз-раз. Конечно, он не думал, что Маша с этим своим... Антоном, что они только целуются, он, Боба, не маленький мальчик, но... Вообще-то Боба совсем об этом не думал, как не думал никогда, что Маша-принцесса ходит, к примеру, в туалет.
Про секс Боба, конечно, все знал, но скорее теоретически. Маше трудно было передать подробности без слов. Произнести эти слова было немыслимо, но, перемежая свои вопросы и ответы бесконечными «Ну, ты понимаешь?», они с Бобой умудрились приблизительно понять друг друга.
– Ну, я не знаю, что ты делаешь не так, – пожал плечами многоопытный Боба, пытаясь справиться с собственным лицом. Только бы не показать, как больно скребут внутри «дворники» – раз-раз...
Маша решила воспользоваться случаем и выяснить как можно больше.
– А я вот еще чего не понимаю... Говорят «она хороша в постели» или, к примеру, «она в постели не очень»? В чем тут может быть разница? Ведь все женщины одинаковы...
– Не одинаковы, если любишь, – буркнул Боба, но тут же смешался и авторитетно поправился: – «Хороша в постели» означает, что женщина получает удовольствие и мужчина это чувствует...
– Он хотел, чтобы я... А еще у меня не бывает оргазма. – Маша в волнении повысила голос.
Сидящая рядом женщина поднялась и посмотрела на них тяжелым взглядом.
– Фу! Какая грязь! – громко произнесла она, как выплюнула.
Маша недоуменно поморщилась и продолжала:
– Я жду, вот-вот это произойдет, а ничего не происходит.
– Эх, фригидная ты моя. Фригидные – это те, у кого нет оргазма.
– А-а... да, это я. А Антон злится. Ему кажется, он виноват. А он этого не любит, – по-взрослому вздохнула Маша и задумалась. – Слушай, я сейчас сочинила.Я не знаю, что случилось,
Как сломался стержень жизни,
Только что-то развинтилось
В этом тонком механизме.
Боба, чуть подумав, отозвался:
Время – лекарь, Время – врач.
Скажет: «Все пройдет! Не плачь!»
Даст забвения рецепт.
Время – кто?
Боба остановился. – Время – психотерапевт, – придумала Маша и понеслась дальше:
Время – хитрая гадалка.
Напророчит, что не жалко,
Взбудоражит, растревожит...
Боба добавил:
Тем, чего и быть не может.
