Пройдёт всего восемь веков и человечество расселится по ближайшим звёздным островам. Построит гигантские космические линкоры. Найдёт братьев по разуму. Научится проникать в пространственные червоточины Тёмных Путей. Но все эти достижения не сделают людей счастливыми, не защитят от вирусов, психических эпидемий, экономических кризисов и маниакальных владык.А потом из бездн Тёмного Агрегата Ориона придут неведомые монстры. И тогда секретная служба Галактической Империи отправит экспедицию на планеты, обращающиеся вокруг древних красных звёзд. Туда, где в океанах живут головоногие исполины, а в глубинах базальтового плато сокрыт таинственный Питомник Богов, свидетель изначальных эпох Космоса.
Тревога не застала курсантов врасплох. Здесь, на орбитальной базе Пятнадцатого флота, привыкли к тревогам – учебным и боевым. По дисплеям паучьими лапками разбежались линии эвакуационных схем, личные коммуникаторы приняли «сигнал девять». Это означало: база подверглась заражению. Такая возможность много раз проигрывалась на учебных занятиях. Действия каждого подразделения были расписаны и выверены по секундам. Курсанты, на ходу поднимая капюшоны биозащиты, рассредоточились по боевым постам. Электронный мозг базы вывел на дисплеи данные телеметрии: помещения сектора надёжно герметизированы, все службы защитного периметра активированы. Раскрылись устья секторального депо нанороботов, и стайки микроскопических разведчиков разлетелись, разбежались и расползлись по отсекам, прилегающим к периметру. Электронный мозг базы перевёл помещения населённых зон на режим «автономная атмосфера». Тихое шипение за панелями подтвердило, что контуры общей вентиляции заблокированы, а в жилые блоки подаётся воздух из кризисного резерва. В целом всё соответствовало тактическим инструкциям, первые секунды тревоги прошли в сосредоточенной подготовке. Но вскоре курсанты стали всё чаще и чаще поглядывать на дисплеи. Шли минуты, а ключевого приказа начать эвакуацию не поступало.
«Мозг анализирует степень угрозы. Наверное, из карантинного модуля на базу проник ксеновирус», – решил дежурный по сектору. Он знал, что за последнюю неделю база приняла в свои доки два беспилотных рейдера, возвратившихся со звёздных систем Тёмного Агрегата. С такими кораблями-разведчиками случалось разное. Говорили, что много лет назад, ещё до Великой Войны, беспилотник заразил два населённых сектора базы инопланетным вирусом.
Дежурный взглянул на дисплей. На красном фоне зажглись белые буквы транспаранта: «Тревога. Угроза заражения высшая плюс. Надеть скафандры категории «А». При появлении движущихся объектов огонь на поражение. Разрешается применять все номера боекомплекта».
«Это не вирус», – сообразил дежурный, двадцатилетний наёмник с Тирронии. Его кожа буквально выстрелила холодной испариной. Тиррониец оглянулся в поисках загадочных «движущихся объектов», но ничего подозрительного не увидел. Стены служебного блока матово отсвечивали багровым. Экраны оповещения дублировали надпись на его нарукавном дисплее. Алые блики застыли на светло-сером глянце панелей. Открылись ниши, где размещалось личное оружие персонала базы. Две курсантки уже вскрыли капсулы с аварийными скафандрами. Согласно инструкции одна из них должна была надеть скафандр на дежурного, вторая – на старшего оператора защитных систем. И только потом, по инструкции, они сами могли облачиться в серебристо-чёрные боевые доспехи с эмблемами Флота. Эта последовательность соблюдалась уже несколько столетий, с тех легендарных времён, когда боевые посты на кораблях и базах ещё не превратились в символические придатки к роботизированным системам.
Оператор поспешил вооружиться. Пистолет удобно разместился рядом с ним на лепестковом кронштейне: чёрный, компактный, с кожухом-гармошкой, скрывающим сложную механику кинетической катапульты. Настоящее боевое оружие офицера Флота. На порядок мощнее тех кинетиков, которыми вооружали благонадёжных колонистов в смутные времена.
«Почему до сих пор нет приказа об эвакуации?» Озноб беспокойства отозвался неприятной дрожью пальцев дежурного. Он вновь взглянул на дисплей. Там горела белая надпись прежнего сообщения. Дежурный почему-то вспомнил, как много лет назад на Тирронии в отрядах рудничных клонов начались беспорядки. Тогда на экранах в жилых куполах светились такие же белые буквы. Что там было написано? Тиррониец не смог вспомнить. Что-то вроде: «Не допускайте паники в жилых блоках».
Курсантка как раз развернула и активировала скафандр дежурного, когда с протяжным треском лопнула плита подвесного потолка и в блок свалилось нечто бесформенное и тёмное. Оно подмяло под себя курсантку, та не успела даже вскрикнуть. Оператор навёл на «нечто» пистолет, но оно опередило выстрел. «Нечто» двигалось быстро, на пределе фиксации человеческим глазом. Дежурный увидел, как оторванная голова оператора упала на панель боевого поста, нелепо подпрыгнула, заливая её кровью. Потом голова тяжело шлёпнулась на пол. Она легла лицом вверх, и рот её начал застывать в беспомощном оскале. В следующий миг ещё одно «нечто» свалилось на самого дежурного.
Тяжёлое, скрипяще-сухое и жёсткое, оно источало непереносимый кислый запах. Дежурного пригнуло к панели поста и стошнило. Он попытался сбросить «нечто» с себя, но оно вцепилось в него то ли лапами, то ли ребристыми отростками плоти. Смерть тирронийца была почти безболезненной.
Когда сердце дежурного по сектору остановилось, индикатор времени на его нарукавном дисплее отсчитал четыреста восемнадцатую секунду с момента объявления тревоги на базе Волт-Армстридж.
