– Наташ, скажи, пожалуйста, а что ты передала своему знакомому? В обмен на пиццу?
– Что передала? – Наталка растерялась. – А, это… Флешку. С курсовой. А вы наблюдательная такая, я скажу… Вам бы к моему папке на службу.
От растерянности она даже с «ты» на «вы» перешла, и это от Ирки не укрылось. Но данный казус и жираф приметил бы.
Настроение у Ирины портилось стремительно. Лавинообразно. Камнепадно.
Она спросила угрюмо:
– А что, интернет-провайдер подвел? Сеть исчезла? Почему такие премудрости?
Наталка молчала, пряча глаза.
– Или не флешка там была с курсовой, а, Наталья? – продолжала допытываться Ирина, не рассчитывая на правдивый ответ.
Наталья разлепила губы и произнесла:
– Извини, теть Ир, но это тебя не касается.
И вышла с кухни.
Ирка дернулась следом, схватила племянницу за рукав несуразной рубахи, развернула к себе и, пряча за злым раздражением горькую обиду, отчеканила:
– Оформляй цифровой пропуск. Пока ты еще здесь, а завтра отправишься в компанию к подругам.
На душе было гадко и обидно. И за брата – он воспитывал, бился в одиночку, а выросла воровка, и перед мужем – за родственников своих. И самой было отчаянно горько, потому что на самом деле к девчонке она успела привязаться, а тут такое… Короче – пусть съезжает.
Глядя в Наталкино застывшее лицо, Ирка добавила холодно:
– Алексею я ничего не скажу, а отцу твоему рассказать придется, не обессудь.
Глаза племянницы наполнились слезами, она быстро повернулась и ушла к себе в комнату, тихо прикрыв дверь. Было слышно, как она зашмыгала носом, засморкалась. Скрипнул диван – присела на крае-шек, похоже. Или улеглась лицом к стенке – поплакать.
Ирина на такие фокусы не покупается. Ее дешевыми театральными сценами не проведешь.
Возле двери возник Сержант, навалился лапами на створку и просочился в образовавшийся узкий проход. Ирка невольно бросила взгляд внутрь и поняла, что все-таки ее провели.
Не плакала племянница, не страдала. Она возилась с наушниками, пристраивая их к смартфону! «Вот это нервы, вот это я понимаю».
Наталка повернула голову на шум и не удивилась, наткнувшись на физиономию Ирины в проеме двери. Слез не было, лицо серьезное. Сказала:
– Я не думаю, что вы правы, но съеду, конечно. Сегодня постараюсь. Не успела предупредить: подвеска в витрине на полке лежит. На третьей, где у вас статуэтки фарфоровые. А то потеряется, мелкая она.
– Какая подвеска?! – выкрикнула Ирина и, не дождавшись ответа, метнулась в гостиную.
– Вот эта, – ткнула пальцем в красавицу-муху Наталка, остановившись у Ирки за спиной.
– Зачем ты ее брала, Наташа?! – с отчаянием в голосе воскликнула Ирка, хватая с полки украшение и принимаясь разглядывать, пересчитывая лапки и усики.
– А что, надо было оставить в приемнике? – язвительно поинтересовалась племянница. – Если уж делаете нычки, то запоминайте, где они, и извлекайте, прежде чем контейнеры дарить.
– Нычки? Какие нычки, Наташа? Давай-ка все по порядку, лады? И хватит уже мне «выкать», надоело.
Наталка хмыкнула и проговорила:
– Лады. Но по-быстрому. А то самое интересное пропустим.
Если по порядку, то папка Наталкин и Иркин двоюродный брат велел дочке пользу приносить, если уж она квартирует у родственников на безвозмездной основе. Так сказать, в качестве компенсации за неудобства и чтобы не раздражать своим присутствием, а, напротив, вызвать расположение.
А какую пользу? Уборку делать Натка не любит, посуду моет машина, а гладить чужое белье Наталка брезгует. Зато она починила косячный выключатель в торшере и подложила под ножку стиральной машины кусок ластика, чтобы не стучала, когда полощет. Тетка даже не заметила, но Наталке плевать. А вот что не укрылось от родственницы, так это что племяшка расхаживает по комнатам, по-видимому, бесцельно. Наталка же со смыслом бродила, ей нужно было найти, куда руки приложить, а заодно подыскать инструмент для мелкого ремонта. Папка ее многим фишкам научил, да и самой нравилось орудовать отвертками и пассатижами, но не ради процесса, а для результата.
Обнаружив, что репродуктор неисправен, Натка решила его оживить или хотя бы попытаться. Сняла заднюю панель, раскрыла корпус и наткнулась на кулон. Она подумала, что тетка устроила тайник от квартирных воришек, припрятав особую ценность, поэтому, когда приемник был починен, Натка кулон положила обратно. А неисправность была фиговая – отвалился проводок, и Натка его просто прикрутила.
Про кулон она вспомнила сегодня утром, услышав теткин разговор по телефону. Наталка ожидала, что Ирина сначала вскроет тайник, чтобы вытащить ценность, но та и не подумала. Наталка специально принесла приемник на кухню и заострила внимание хозяйки, но тетя Ира никак не отреагировала. Конечно, она могла забыть о собственной нычке, а могло быть все несколько иначе. Наталье ситуация показалась подозрительной, и она решила украшение извлечь, ну, а хозяйку предупредить не поторопилась. Наверно, тут она была не права. Пусть тетя Ира на нее за это не сердится. Тем более что кулон – вон он, у нее на ладони.
