– Ты слишком забегаешь вперед, – сказала Хло. – Но действительно ли ты решил угомониться и вести себя как взрослый человек?
– Определенно.
– В таком случае можешь опять задать мне этот вопрос, только чуть позднее и в более приемлемых выражениях.
– Еще как задам, – пообещал я. – А как насчет обеда? Ты не хочешь сходить в настоящий ресторан?
– Вот здорово! Я только...
В дверь позвонили.
Мы с Хло переглянулись.
– Как ты думаешь, это Арти? – шепотом спросила она.
– Не знаю, – ответил я.
– А что если он?
– Ты имеешь в виду нас с тобой?
Она кивнула.
– Я с ним поговорю, – пообещал я. – Не беспокойся, я хорошо знаю Арти.
Он все равно не связывал с тобой никаких далеко идущих планов. И вообще ни с кем.
– Я знаю, – сказала Хло.
Я подошел к двери, открыл ее и увидел, что это вовсе не Арти, а мальчик-рассыльный из «Вестерн-Юнион». Он вручил мне конверт и ушел, а я закрыл дверь, вскрыл конверт. Подошла Хло, и обняла меня рукой за талию, и прижалась щекой к моему плечу, и мы вместе прочитали телеграмму.
Она пришла из Хантсвилла, штат Алабама, и была адресована нам с Хло, и в ней говорилось вот что:
«Алтея и я поженились Хантсвилле нынче днем тчк. Утром вылетаем Швейцарию тчк. Почему бы и вам не поладить вопросительный знак».
– Ну, это конец! – воскликнула Хло.
И была права.
