Теперь Пхёнган тоже услышала еле различимое ржание лошадей где-то под горой. «Неужели это люди из дворца?» – подумала принцесса. Однако король не стал бы отправлять вслед за ней воинов только из-за того, что она забрала из дворца немного драгоценностей. К тому же на этот раз у нее было молчаливое согласие отца на уход из дворца. Принцесса решила, что для начала нужно скрыться с глаз преследующих. Она резко поднялась на ноги и побежала. Ондаль немного замешкался от неожиданности, но тут же припустил следом за ней. Пхёнган всегда была прекрасной наездницей, но в обычном беге ей было не сравниться с Ондалем. Не прошло и пары минут, как юноша обогнал Пхёнган и убежал далеко вперед.
– Эй, подожди меня!
Ондаль вернулся, схватил запыхавшуюся девушку за руку и легко побежал вверх по горному склону, словно по равнине. Тени растерялись. Они никак не ожидали такого резкого побега.
Один из группы Теней подскочил на месте, и остальные тоже повыскакивали следом, как кролики из норы, и помчались вдогонку за беглецами. Ондаль, который знал горы как свои пять пальцев, петлял по маленьким незаметным тропинкам. Пхёнган, которую он тянул за собой, окончательно запыхалась:
– Не… не могу больше…
– Прыгай мне на спину! Быстро! А то оставлю тебя тут.
Но Пхёнган не садилась на спину Ондаля, который присел на одно колено, и лишь смотрела на него, ощущая неловкость. Она не боялась, что покажется ему слишком тяжелой, – девушку поразила ширина его спины.
Король тоже обладал внушительным телосложением. Когда Пхёнган была маленькой, отец частенько катал ее. Она чувствовала себя уютно и безопасно, прижавшись к широкой отцовской спине. Однако даже король не мог сравниться с Ондалем – его спина казалась настолько широкой, что на ней можно было танцевать.
Пхёнган залилась краской. Ондаль продолжал торопить ее. Девушка легонько прислонилась к его спине и наклонилась вперед.
– Держись крепче! Я побежал!
Ондаль легко бежал вверх по горе, словно и не чувствуя веса Пхёнган. Девушке ничего не оставалось, кроме как изо всех сил прижиматься к его спине. Она впервые в жизни находилась так близко к мужчине, не считая отца. Поначалу ей было страшно, но Пхёнган быстро привыкла и повеселела, словно катаясь на лошади,
– Вон туда, к ручью! Туда! Молодец, как ты быстро бегаешь! Это, наверное, оттого, что ешь много полезных горных трав. Да?
Окончательно расслабившись, Пхёнган стала вертеть головой по сторонам.
– Ондаль, постой. Те люди, они же не браконьеры?
– У них в руках были мечи, которыми людей убивают.
– Принеси-ка камней.
Ондаль, послушавшись девушку, огляделся и схватил камень размером с голову.
– Это еще что такое?
– Ты же сказала взять камень!
– Да не такой камень, а которые ты кидаешь!
– А, камешки! Сразу надо правильно называть.
Даже самые простые слова могут оказаться неточными и непонятными. Каждый может представить что-то свое, услышав одно и то же слово. Поэтому люди всегда понимают и оценивают одну и ту же ситуацию по-разному.
– Мне говорили, что ты просто добрый и бестолковый, а у тебя, оказывается, на все свой ответ найдется, да?
– Давай-ка проясним. Тебе лет-то сколько?
Тут Пхёнган растерялась, но она была не из тех, кто легко сдается:
– Только дураки пытаются все перевести на возраст. Какая разница, сколько мне лет? Вот что тебе даст это знание?
Ондаль подумал, что победить эту девушку в словесной битве точно никому не удастся.
Он поднял с земли крупный камень и кинул вниз с громким криком. Голос Ондаля разнесся эхом по всему лесу. Тень, возглавлявший отряд, испугавшись, замер на месте и крикнул товарищам:
– Прячься!
Тени стремительно попрятались за ближайшие деревья. Слегка высунувшись из своих укрытий, они наблюдали, как камни с громким свистом летят в их сторону и разбиваются о скалу. Те камни, что попадали в деревья, отскакивали и вонзались глубоко в землю. В руках Ондаля они были не просто камешками, а смертельным оружием. Он мог бы убить человека прямым попаданием, но, к счастью, юноша хотел просто напугать преследователей. Один из Теней крикнул Ондалю:
– Эй, ты, так и будешь кидаться своими камешками, как трус?
Воин по имени Сам Ён упрекнул товарища:
– Ты дурак! У нас же мечи, ты-то сам на его месте бросил бы камешки? Вот же попался дурень на мою голову!
Пока Сам Ён сетовал на друга, послышался топот копыт лошадей Го Гона и Иль Ёна. Для Теней, преследовавших Пхёнган и Ондаля, это было страшнее смерти: на кону стояла их честь. Ведь они считались прославленным отрядом Теней, негоже великим воинам прятаться в темноте от каких-то летящих камешков.
Пхёнган узнала во всаднике Го Гона. Теперь она поняла, кто ее преследует.
Го Гон легким шагом приблизился к принцессе. Пхёнган поприветствовала его глазами. Го Гон потерял дар речи: его тоже поразил новый облик принцессы, совершенно отличающийся от прежнего.
– Ваше Высочество, в таком виде вас никому не узнать.
Вместо ответа Пхёнган осведомилась со злостью в голосе:
– Что вас привело сюда, генерал?
В глазах Го Гона мелькнула печаль, как бывает при встрече со старой возлюбленной.
– А как вы думаете, что могло привести меня сюда?
