Я поехал в Челси один. Бытие медленно плелся, так как дорога из Лондона была покрыта слежавшимся снегом и льдом. Дворец Челси на берегу реки представлял собой изящное новое здание из красного кирпича, построенное у Темзы среди обширных садов, которые будут прекрасны, когда придет весна. Я оценил, что такой дом может легко вместить двести человек прислуги. Стража у дверей все еще носила мундиры королевы. Меня впустили, и стюард провел меня в дом. Внутри тихо сновали туда-сюда слуги, но у дверей не было стражи, как в Уайтхолле, и не фланировали политики. Стюард отвел меня к двери в глубине дворца и постучал. Знакомый голос разрешил войти.
Вслед за стюардом я вошел в большой зал и узнал там некоторые предметы, которые видел раньше в галерее Екатерины, — причудливые часы, ее ларец с монетами на столике рядом с шахматами… Сама вдовствующая королева стояла спиной к широкому эркеру, и ее черный траурный наряд и головной убор контрастировали с заснеженными лугами за окном. Я низко поклонился. Отпустив стюарда, она сказала:
— Мэтью, прошло много месяцев.
— Да, Ваше Величество.
Бледное лицо Екатерины Парр было по-прежнему привлекательно и спокойно. В ее осанке я заметил новую свободу, новую властность. Королева нежным голосом сказала:
— Мне очень жаль, что ваши усилия помочь мне закончились… так плохо. Теперь я знаю, у кого было «Стенание». И знаю, что случилось с вами — и вашим бедным работником.
Ведала ли она, что ради нее я солгал королю? По ее виду я не мог этого понять — и не должен был спрашивать.
— Теперь книга вернулась к вам? — спросил я вместо этого.
— Да, мне вернул ее лорд-протектор. — Я различил в голосе королевы нотку горечи при упоминании человека, занявшего место, которое надеялась занять она сама. — И я хочу опубликовать ее в этом году.
Я удивленно посмотрел на нее.
— Это… безопасно, Ваше Величество?
— Теперь уже безопасно. Мастер Сесил предложил написать предисловие. Он, как и я, считает, что «Стенание грешницы» может помочь некоторым страждущим душам. Он остается мне добрым другом.
— Я рад этому. Этот молодой человек обладает большим талантом.
— А вы получите подписанный мною экземпляр.
— Я… благодарю вас.
Екатерина сделала шаг ко мне:
— Но повторяю, я знаю, чего вам стоили ее поиски.
Ее орехового цвета глаза заглянули в мои, и я вдруг подумал: да, она знает, что я солгал королю, будто несу ответственность за решение искать книгу, вместо того чтобы просто сказать, что она пропала. Вместе с дядей королевы, которого, я помнил, Пэджет собирался допросить на следующий день и который охотно разделил со мной ответственность.
— Я буду вам благодарна до конца своих дней, — сказала королева.
— Спасибо, Ваше Величество, — ответил я и замолчал. Возникла неловкая пауза, а потом я спросил: — Как поживает лорд Парр?
— Он вернулся обратно в деревню, — с грустью ответила королева. — Боюсь, чтобы умереть там. Его усердная служба мне в прошлом году оказалась для него слишком тяжелой, учитывая его здоровье.
— Печально это слышать.
Екатерина откровенно посмотрела на меня:
— Если он бывал груб с вами, то только из любви ко мне.
Я улыбнулся:
— Я всегда это понимал.
Королева подошла к шахматной доске. Фигуры были расставлены для новой партии, и я на мгновение подумал, уж не собирается ли она предложить мне сыграть. Но она только взяла и поставила обратно одну пешку.
— Я послала за вами только потому, что так обязана вам. — Она улыбнулась. — Чтобы предложить вам место, если вы захотите принять его.
Я ничего не ответил. Больше никакой политики — я бы ответил ей «нет» в любом случае. Даже ей.
Вдовствующая королева сложила ладони.
— Мои обстоятельства теперь серьезно изменились. Я вдова и свободна снова выйти замуж. Вскоре я, возможно, так и сделаю. — Она покраснела и быстро опустила глаза, словно зная, что я и многие другие не одобрят это.
Значит, это правда, подумал я. Это Томас Сеймур. Мое сердце упало, и я подумал: «Какое расточительство!..»
Наверное, мое лицо меня выдало, потому что Екатерина глубоко вздохнула и сказала:
— Если я выйду замуж, когда придет пора, то, боюсь, я уже не смогу предложить вам место и видеть вас снова.
«Да, — подумал я, — это Сеймур, который так же не может меня выносить, как и я его. Впрочем, что она имеет в виду под местом?»
Королева продолжила:
— Вы знаете о продвижениях, которые произошли после смерти короля.
— Только слухи, — осторожно ответил я.
Она печально улыбнулась:
— Не беспокойтесь, Мэтью. Я хочу сказать вам нечто, что пока нужно держать в секрете, но только потому, что в ваших интересах знать это.
— Простите меня, Ваше Величество, — тихо сказал я, — но я больше не хочу знать никаких секретов. Никогда.
— Это касается Ричарда Рича, — сказала моя царственная собеседница, глядя мне в глаза. — Барона Рича, как мы теперь должны его называть.
Я закусил губу и ничего не ответил. Вдовствующая королева посмотрела на шахматную доску.
