Плач полностью

— Мне нужно допросить всех, кто как-то связан с этим сундуком, — мягко проговорил я.

— Я старший в ремесле, — немного оправился Барвик. — В прошлом году я был главой гильдии столяров, отвечал за нее на всех церемониях и шествиях и собирал войска на войну.

Я медленно кивнул:

— Почетная обязанность. А вы знали, что хранилось в сундуке?

— Мне говорили, что драгоценности и личные вещи. Сэр, если вы обвиняете меня…

— Я ни в чем вас не обвиняю, добрый мастер Барвик.

— Знаете, я не привык, чтобы меня так допрашивали, — развел руками столяр. — Возможно, кто-то сделал слепок с ключа королевы. Если это так, то они могли открыть сундук, если действовали осторожно. Кто-нибудь из этой толпы, из окружения королевы. Конечно же, она не носила его на шее все время. Я честный человек, у меня хорошая репутация, — добавил он. — Спросите всех, кто меня знает. Я простой плотник в этой мастерской.

— Как сам наш Господь, — заметил Джек с непроницаемым лицом.

Мы с Бараком вернулись обратно во двор — стражник сопровождал нас чуть позади.

— Боже, — сказал мой помощник, — и все это — чтобы одеть нескольких женщин!

— Больше, чем нескольких, я думаю. Всем леди предоставляются наряды, но за работу платят они сами.

Джек остановился и повернулся на каблуках.

— Этот сундучник — он встревожился.

— Да. И в прошлом году он был главой своей гильдии. Как он говорит, это дело требует расходов.

— Ему хорошо платят на его нынешней работе.

— Но и расходы немалые. А учитывая, что деньги дешевеют, да еще все эти налоги для ведения войны в нынешнем году, всем приходится экономить. Ему могли понадобиться деньги. — Я замедлил шаг. — Мог он кому-то сделать дубликат ключа? Он не знал, что королева постоянно носит его на шее. — Я задумался. — Полагаю, мы дадим ему немного попотеть и доложим лорду Парру.

— Воровать у королевы — опасное дело. Если поймают, повесят.

— Мы оба знаем, на какой риск люди идут ради денег. Особенно те, кто добился положения и хочет удержать его.

Барак искоса посмотрел на меня.

— Вы сказали, мы дадим ему немного попотеть.

— Прошу прощения, оговорился. Я же сказал, что мне нужна твоя помощь только насчет сундука и ключа.

Мой товарищ оглядел двор замка Бэйнардс. Там разгружали еще одну повозку.

— Боже, — снова проговорил Барак, — и все это — чтобы на знатных леди были красивые платья! Хорошо, что мы не взяли с собой Тамасин. Ее было бы не выгнать отсюда.

— Не забывай: она не знает, что ты здесь. А то была бы очень недовольна.

— Не забуду. А что вам нужно от вышивальщика?

Я вздохнул. Джек уже заинтересовался моим делом, и ему будет нелегко это оставить.

— Лишь попытаться отследить обрывок тонкого кружевного рукава, который нашел Николас. Это может быть связано с кражей, — ответил я. — Вышивальщик может помочь — предположить, кто сделал это кружево.

— Тогда вам может понадобиться кто-то, чтобы порыскать среди вышивальщиков.

— Думаю, это работа для Николаса. В конце концов, это он нашел манжету.

Барак как будто бы испытал разочарование, но потом кивнул:

— Вы правы, это работа для новичка.

— А теперь у меня встреча с вышивальщиком.

Джеку явно не хотелось уходить. Он потеребил бороду, но я приподнял брови и стал молча ждать, когда Барак уйдет.

— Хорошо, — сказал он наконец и, пожав плечами, быстро вышел в ворота.

Я кивнул стражнику, и он снова вывел меня в коридор и постучал в другую боковую дверь.

Внутри за столом работал какой-то человек: придвинувшись к окну, чтобы было светлее, он вышивал на ткани цветы — такие крошечные, что ему приходилось смотреть через увеличительное стекло на штативе. К моему удивлению, это был большой чернобородый парень, хотя пальцы у него были длинными и изящными. Когда я вошел, он поморщился и встал. Для человека его роста жизнь в постоянно сгорбленном положении была прямой дорогой к болезням спины.

— Мастер Галлим? — спросил я. — Главный вышивальщик королевы?

— Да, это я. — В голосе чернобородого слышался сильный валлийский певучий акцент.

— Мэтью Шардлейк. Я расследую кражу у королевы драгоценного камня.

— Да, я что-то слышал про пропавший перстень, — проговорил Галлим с любопытством, но, в отличие от Барвика, беспечно. Да и не удивительно: он не был у меня под подозрением.

Я достал обрывок кружева и положил ему на стол.

— Мы думаем, что это могло принадлежать вору. Есть ли какая-нибудь возможность определить, кто это изготовил?

Галлим взял обрывок, и лицо его слегка сморщилось от отвращения, так как кружево немного запачкалось.

— Похоже на английский узор, — сказал он. — Кружево очень тонкое, дорогое. Ручаюсь, сделано кем-то из гильдии вышивальщиков. — Он осторожно отодвинул из-под увеличительного стекла тонкий шелк, над которым работал, и положил на его место обрывок рукава. — Да, в самом деле, отличная работа.

— Если изготовитель этого рукава сможет сказать мне, кто его заказал, это может нам помочь. И вы оба заслужите благосклонность королевы, — добавил я.

Мастер кивнул: