Как оказалось - уходил. И заворачивал за дом как раз по направлению к задней двери.
Камера тыльной стороны дома показала, как мажордом проходит на кухню... Исчезает в доме минут на десять. Из окна кухни видно центральные ворота, Лева мог преспокойно отдохнуть, перекусить...
И сбегать к шкафу?
Навряд ли. В тот момент по коридору носились официанты, кушанья таскали, на выходе из зала, как раз неподалеку от шкафа, торчала Алевтина - приглядывала, не понадобится ли чего гостям.
Ага. Аля приглядывала - за залом. То есть хоть и торчала, но к шкафу спиной.
Мог Игнатьевич улучить момент (когда все официанты сосредоточились на кухне) и подлить яд в бутылку?
Мог, наверное.
Как и Алевтина.
Как и Вера. Та работала на кухне на подхвате.
И спрашивать Карима, кто мог незаметно смотаться к шкафу, бесполезно. У повара в тот день нашлось занятие и без того, чтоб за людьми следить.
Дуся огорченно фыркнула. И почему Мирон не озаботился сохранностью столового серебра?! Почему лишнюю камеру напротив дверцы не навесил?! Ведь ценности же. Пожиже чем картины-вазы, но все-таки... Сиди теперь у телевизора, полутемный угол шкафа разглядывай.
- Какое интересное кино...
Евдокия резко обернулась: за спинкой кресла стоял Денис. Заметно осунувшийся, с ввалившимися щеками и глазами, бледный, ночь не спавший.
- Такая у меня вот интересная работа, - пробурчала Дуся.
- Не тяжело? Для такой молоденькой девушки...
- А вы мне помогите.
Денис Сергеевич развел руками - чем смогу, поддернул брюки и сел на диван рядом с Дусиным креслом.
- Зося и Аня прислали меня из больницы за вещами, - сказал, усевшись. - Пока Даша и Алевтина собирают сумку, у меня есть минут десять.
- Вера сегодня не работает? - зачем-то поинтересовалась Евдокия, и Дэн удивленно на нее глянул:
- Вера тоже здесь. Помогает в уборке. Но Даша лучше знает Анин гардероб.
- Вы бы перекусили...
- Я сыт. Успел перехватить в больнице.
- Как Женя? Что говорят врачи?
- Положение тяжелое, но его удалось стабилизировать. О чем вы хотели меня спросить, Евдокия?
Сыщица нахмурилась - вопросов много, а времени мало, с чего начать? Спросила по-простому, сразу с сути:
- Денис, как вы думаете, кто виновен в смерти Кати и отравлении вашего племянника?
Денис откинулся на спинку дивана и недоуменно воззрился на бестолковую сыщицу Землероеву:
- Кто виноват? А вы разве сами не понимаете?
Оп-паньки, как Саше прилетело!
Много ума не надо, чтоб все расшифровать. В интонации, в позе, в том, как Денис выговорил два встречных вопроса, четко проглянул ответ: конечно брат. Конечно ОН. По Жене садануло рикошетом. Удар пришелся по сыну, чтоб побольнее шандарахнуло отца.
- Вы обвиняете в произошедшем вашего брата?
Пустой вопрос, практически риторический, и Денис Сергеевич не стал на него отвечать. Только взгляд потяжелел.
- Вы с Женей хорошие друзья? - мягко поинтересовалась Дуся.
- Друзья? - По всей видимости, у Дэна была в обычае манера предварять ответы переспросами. - Так просто, одним словом, я бы не сказал. У нас хорошие отношения, но мальчику в этом возрасте, мгм, нужна крепкая рука. А у меня - сами видите. - Болезненно поморщившись, ученый потер ладонью левое, усыхающее плечо.
- Вы пытались его воспитывать?
- У Ани и Жени и без меня воспитателей достаточно. Просто с какого-то времени нам стало трудно находить общий язык.
Какая странная откровенность, подумала сыщица. Вроде бы практически пустое, дежурное любопытство, можно было бы уйти от темы или наплести что-то о родственной привязанности, но Денис рубит все по-чесноку. Не изображает долгосрочной и взаимной пламенной приязни, говорит как было - «стало трудно».
Или... это еще один камешек в огород Александра Сергеевича? Может быть, два брата не сошлись в вопросах воспитания мальчика-подростка? Ведь на переезде Дэна в этот дом настояла пани Зося...
Как странно. Почему младший брат вдруг разоткровенничался?
Подумал - сыщица и так разнюхает о трениях между племянником и дядей?
Но нет. Позавчера Женька вскользь коснулся дяди, и Евдокия не почуяла никакого напряжения. Как и сестра, Евгений хорошо относился к дяде.
Или... дяде Дэну недостаточно простого «хорошо», он рассчитывал на нечто большее? На еще одного союзника в борьбе за пани Зосю, а мальчишка откровенно предпочел отца?..
Да нет! Какая чепуха! С подобными предположительными расчетами можно до подозрения в отравлении докатиться! Травить мальчишку за то, что он променял ученого дядю на отца-сидельца? Нет, чепуха. Если Дэн действительно и страстно любит Зосю, то никогда бы не поднял руку, то есть не покусился б на ее ребенка.
И на этом точка.
- Денис, если оставить игру в слова, кто, по вашему мнению, мог отравить вино Евгения?
- К сожалению, не знаю. Даже не предполагаю, хотя могу посоветовать заняться розысками в среде врагов Александра.
- Позволите задать личный вопрос?
- Извольте.
- Спасибо. Я, Денис, никак не могу понять, как получилось, что вы с братом такие разные?
- А кого из нас вам тяжелее приладить на место - его или меня?
