- Давай попробуем что-то исключить. Если исходить из того, что сочетание несочетаемого невозможно, будем что-то исключать, как действие другого рода и порядка.
- Да я и так все лишнее отбросила! Если ты заметил, про «земноводные» покушения совсем забыла, сосредоточилась на отравлении. Алевтина не могла подбросить в машину гадюку, у нее истерическая фобия на змей. Вера не стала бы говорить про второй аквариум, который волшебно появился за мешками. Если действовать методом исключения, у нас вообще один Игнатьевич останется!
- И родственники, - наклонив голову, глядя на Евдокию пытливо, исподлобья, произнес Олег.
- Не сходи с ума. Женьку все любят, он идеальный сын, племянник, внук. Анна за ним в огонь и в воду.
К Мироновым Евдокия вернулась уже под вечер. Завела машину за дом к гаражу и решила пройти через заднюю дверь, по кухне. Прошла по небольшому тамбуру с холодильной камерой и полочками для доставленных из магазинов продуктов, открыла дверь...
На кухне, как показалось Землероевой, разговаривали о ней. Наверное, стоящий у окна, дающего обзор на подъездную дорожку, мажордом увидел Дусину машину, что-то высказал экономке, повару и Даше по поводу приехавшей гостьи. Как только Евдокия переступила кухонный порог, Игнатьевич замолчал и слегка демонстративно увлекся чашкой с чаем.
- Добрый вечер, - воспитанно проговорила Дуся. - Кто-то из хозяев дома есть?
- Пока все в больнице, но приедут где-то через час, - доложила горничная. - Ужинать будете или остальных дождетесь?
- Спасибо, я сыта, - улыбнулась Дуся и пошла на выход к коридору.
- Простите, Евдокия, - остановил сыщицу сочный и важный баритон мажордома.
Землероева обернулась.
- Мне тут позвонила теща... Вы, оказывается, навещали моих родных?
Возможно, неприязнь, прозвучавшая в голосе «лорда-привратника», была вызвана самим фактом - звонком неугомонной и зловредной тещи. Но Дусе показалось, будто Лев Игнатьевич намеренно произнес «навещали» брезгливым тоном, показывая отношение к профессии сыщицы.
Евдокия уже успела привыкнуть к подобной реакции некоторых господ: презрительно изогнутые ноздри, взгляд свысока - подглядывать, милейшая, изволите, мусорные ведра вас интересуют?..
Но также Дуся привыкла и не отбрехиваться, упирая на профессиональные обязанности, а ставить сих господ на место.
- Вас что-то беспокоит, Лев Игнатьевич? - спросила с максимальным спокойствием. - Где-то в вашем доме кучка грязного белья припрятана?
Лошадник растерялся.
Неужели рассчитывал смутить молоденькую сыщицу, упрекая в излишнем старании?
- Занимайтесь-ка своими делами, Лев Игнатьевич, а мне позвольте исполнять свою работу. - Евдокия повернулась к заинтересованно поглядывающей экономке, улыбнулась: - А вам, Алевтина Викторовна, горячий привет от Зиновия и Томы. Я их сегодня видела.
Алевтина Викторовна замялась, покосилась на раздувающего малиновые щеки мажордома и пробормотала:
- Как они там?
- Нормально. Поют вам дифирамбы.
На этой позитивной ноте Дуся вышла вон.
Рассерженно шагая по коридору - презрение к ее работе еще цепляло за душу, - чуть не споткнулась о кота, вскрикнула. Обрадованный удачной засадой, Фотий побежал вдогонку, постарался уцепиться за брючину когтями и проехаться по скользкому паркету...
Рассмешил. На третий этаж Дуся поднялась с котом и несколько поправленным настроением.
Через полчаса к ней в комнату пришла Дарья с подносом:
- Карим сказал, вам его пирожные безе понравились.
Евдокии показалось, что чай к ней в комнату отправлен фактом доброй воли, знаком примирения с прислугой. А Даша на разведку была выслана.
- Попробуйте, пожалуйста, сегодня безешки особенно удались...
***
На ночевку в дом вернулись женщины и Денис. Миронов остался дежурить в больнице, отправил дочь, жену и тещу отдохнуть, брата уговорил поспать немного. Смертельно уставшая Инесса попросила Алевтину подать бульон с пирожками и чай на второй этаж в ее гостиную, куда пришли и Анна с мамой, Дуся, Дэн.
- Врачи надеются на положительную динамику, - массируя пальцами виски, болезненно щурясь, сказала Зося. - Спасибо вам, Евдокия, за Егора Валерьевича, его химики-медики разработали некий состав, прислали в больницу, Евгению сейчас ставят капельницы с этим раствором. Вроде бы работа почек нормализовалась... Печень заработала. Надеемся на лучшее.
Потерянная Инесса Сигизмундовна, не чувствуя вкуса и температуры, прихлебывала чай. Анна и Денис молча кусали пирожки, от разговоров о болезни все измучились, устали.
Евдокия не знала, как себя вести: пытаться всех слегка растормошить, отвлечь, соболезнования бестолково выражать или заткнуться на фиг - кому нужны ее слова? Находиться рядом с опечаленными родственниками - мука мученическая, не знаешь, куда деть глаза и руки, где встать и что сказать.
Дуся неловко мялась и молчала; от неуклюжей немоты спас телефонный звонок от Паршина. Евдокия извинилась перед хозяевами и, скажем честно, с облегчением сбежала из гостиной.
