- Червяк? - испугался ван Ванирон.
- Нет, червяк бы двигался... - рассеянно ответил Северин. - Думаю, нам надо выйти и посмотреть поближе. А то из-за этой чертовой темноты я не вижу ни хрена.
- Может, не стоит?
В этот момент из каюты вышла Беата.
- Еда кончилась, - сказала она.
- Никакой пользы от тебя, - отозвался Северин. - Дыкщ мар дюрш тебе в силиконовую задницу.
- Чего?
- Ничего. Одевайся - пойдем на разведку.
2.
Снаружи была холодная темнота. С тех пор, как древние аэроманты своей бесконтрольной магией истощили Солнечный Стержень, и он раскололся на части и осыпался на землю - такая темнота была везде. Вокруг осколков Стержня люди выстроили города, и между ними теперь курсировали поезда Конгломерата. Поезда мчались в абсолютной тьме, и амфисбены, песчаные черви, ползли за ними.
Лишь солнечный камень - осколок Стержня - мог разогнать мрак.
Камень использовался и в материнских платах роботов, и в топках поездов, и зарядах рейлганов. Двигатели были из солнечного камня. Огромные гипер-аннигиляторы Конгломерата тоже работали на солнечном камне.
Поэтому он ценился на вес золота.
- По-моему, это корабль, - сказал Северин, задирая вверх голову. - Но я не уверен. Здоровенная хреновина. Наверное, сто лет пролежал в песке, а буря его наверх вынесла. Да... точно - корабль. Беата, посвети.
- У меня заряд не бесконечный.
- Посвети, пожалуйста, - попросил Северин.
- Ну хорошо.
Ее глаза светились в темноте, как самые мощные фонари.
Они разглядывали корабль. Тот был старой формы - сглаженный, скругленный, каплевидный и массивный, со стальной обшивкой и цепочкой иллюминаторов на боку. Сталь, изъязвленная песком, была на ощупь шершавой. Даже наполовину утопленный в песке, корабль показался им неимоверно громадным. Сейчас так не строят. Страшно подумать - сколько средств было потрачено на постройку такой громадины; и зачем? Сейчас вся эта бесполезная масса стали и стекла упокоилась в песке.
- Северин, - вдруг сказала Ева. - А если у нас еда кончилась, то что мы будем есть?
- Тебя сожрем.
- Меня?!
- Или монаха. Кто из вас двоих бесполезней окажется, того и сожрем.
- Я умею драться, - напомнил ван Ванирон.
- Я тоже умею, - прорычал Северин. - Раньше, когда я еще служил в армии Конгломерата, меня звали Танцором. За что, как думаете? Я мог любого из них нашинковать мечом в капусту. А потом шаринорцы сломали мне кости на каждой руке - все кости от плеча и до фаланги мизинца. С тех пор я могу только из рейлгана стрелять, да пипиську свою придерживать, когда ссу.
Он помолчал.
- Да и то... постоянно мимо унитаза промахиваюсь.
- Ты никогда мне об не рассказывал, - робко произнесла Беата. - Так вот почему унитаз постоянно обоссан. Оказывается, дело в тебе.
- Спасибо за понимание, Беата.
Северин еще раз взглянул на корабль.
- Ладно, пойдемте проверим, что это за штука. Где здесь люк?
- По-моему, вот, - притихшая от таких откровений Ева показала пальцем на громадный, трехметровый люк наверху. - Только мы до него не достанем.
- И то правда. Предложения есть?
- Я могу прожечь обшивку, - предложила Беата.
- Ну так прожги.
Ван Ванирон мялся с ноги на ногу, а затем произнес:
- Я не понимаю - зачем нам вообще нужен этот корабль? Мне он не нравится, от него... от него же явно исходит зло! Вы разве не видите?
- Нет, - сказал Северин.
- Огромный корабль давно исчезнувшей цивилизации. Неизвестно, сколько он пролежал в песке. Может, он лежит здесь с самого сотворения мира! Я хочу сказать, а вдруг там внутри кто-то есть? - ван Ванирон поежился. - И люк явно не на человека сделан - слишком громадный. Кто знает, что мы внутри обнаружим?
- Я знаю, - сказал Северин. - Солнечный камень. На таких кораблях всегда есть солнечный камень. Может, даже целые залежи.
- Точно! - воскликнула Ева.
- И все равно - я против, - сказал ван Ванирон. - Если позволите, я вернусь на "Ласточку". Посижу немного и подожду, пока вы вернетесь.
Он повернулся и пошел в сторону "Ласточки".
- Беги, трус! - со смехом закричала ему вслед Ева, а сама прильнула к Северину. - Мы ведь продадим камень и получим много денег?
- Угу.
- И все поделим пополам?
- Угу.
- Тебе половину, и мне - половину? А монах с Беатой в пролете?
- Ага, - сказал Северин. - Ты это, сильно рот не разевай. Посмотрим еще на твое поведение.
- А если я убью тебя? - Ева кровожадно ухмыльнулась. - И все деньги себе присвою? - ее пальцы прижались к шее Северина.
Северин нахмурился.
Он знал, что Ева способна на это. Для этой девочки убить человека - все равно что прихлопнуть таракана. Она - дикий аэромант, и в двенадцать лет убила собственного отца. Свой путь по миру Ева прокладывала трупами. Она наслаждалась убийствами, смаковала их, как... а что там пьют дети вместо водки?
Северин посмотрел на пальцы, прижавшиеся к его шее.
- Много не болтай, - сказал он и отвесил Еве увесистую затрещину.
Девочка ойкнула от неожиданности и тут же одернула руку. Зловещая аура рассеялась.
- Больно! - с обидой в голосе воскликнула Ева.
- Не ври, не так сильно я тебя ударил.
- Что?!
Издав яростный клич, Ева кинулась на него с кулаками.
В этот момент подала голос Беата.