Политов, чуть ссутулясь, стоял возле большой, во всю стену карты. Красным карандашом на ней были указаны границы «владений» авиабазы, синим карандашом обозначены границы и базовые аэродромы оперативных отделений. Отсюда поднимались в небо самолеты, неся воздушных пожарных. Четкие линии просек разбивали лес на правильные квадраты. Каждая такая просека - опорный пункт для борьбы с возможным пожаром. Она очищена от лесной подстилки, от валежника, на ней сделана минерализированная полоса, задерживающая огонь. По карте были разбросаны маленькие треугольники - лесо-химические станции, где всегда наготове опытные люди, химические средства и снаряжение для сражения с огнем: машины, плуги, .тракторы. Черными кружочками отмечались потушенные пожары, а красными - те, с которыми боролись воздушные пожарные или население и лесоохрана.
Услыхав, как скрипнула дверь, начальник авиабазы охраны лесов повернулся. Владимир с тревогой заметил, что левый глаз у Федора Петровича прищурен.
За год работы летнаб уже научился определять, в каком -настроении начальник. Если смотрит прищурив левый глаз, словно прицеливается, - жди разноса. Если тяжелые, торчащие, словно пики, брови сошлись на переносице - положение серьезное. А если начальник откашливается - бояться нечего, наверняка вслед за покашливанием начнется интересный рассказ, благо Федору Петровичу было о чем рассказывать.
Сердце у Владимира екнуло, но он четко щелкнул каблуками и отрапортовал:
- Летнаб второго отделения Быстров по вашему вызову явился.
Брови у Политова чуточку разжались, но вопрос, который он тут же задал, прозвучал резко, словно выстрел:
- Почему самолет не вылетел?
- Мотор того… - замялся Быстров. - Барахлит.
- Почему не сообщили сразу? Почему я должен узнавать об этом от ваших подчиненных?
Владимир вопросительно посмотрел на Федора Петровича.
- Да, - кивнул он, - от подчиненных. Кстати, почему вы вчера не сбросили Ромина на помощь Яровому?
«Вот кто наябедничал», - с неприязнью подумал Быстров. Вслух он четко произнес:
- Надеюсь, что Яровой справится. И лесник там опытный.
- А о том, что молодого парашютиста тяготит недоверие, об этом вы не подумали? Он просил у меня, чтобы его перевели в другое отделение.
Владимир опустил голову.
- Вы поставлены летнабом не только для того, чтобы тушить пожары. Вы - старший, значит, вы и воспитатель. В душу каждому бойцу заглянуть обязаны…- Политов помолчал. - А насчет лесника…
Начальник залез во внутренний карман, достал аккуратно сложенную телеграмму и протянул ее Владимиру, который настороженно вытянулся.
«Вымпел не нашли, - прочитал Быстров и, уже не обращая внимания на выправку, захватил подбородок в кулак. - Просим уточнить место пожара. Организуем наблюдение. Люди готовы».
Представительная фигура Быстрова сникла.
- Не дождался я, - с искренним огорчением и раскаянием сказал он, - не дождался ответного сигнала лесника. Понадеялся на него. Заспешил. Не дождался…
Политов вздохнул:
- Ну ладно, был бы ты поопытнее, по-другому бы с тобой разговаривал. Но приказ жди. Нужно и другим летнабам напомнить кой-какие правила. - Он ссутулился и как-то сразу постарел. - Давай будем думать, что делать дальше. Где твоя патрульная карта?
У Владимира отлегло от сердца. Дело не в том, что «разнос» оказался не страшным. Главное - Федор Петрович что-нибудь придумает. Быстров торопливо достал из планшетки карту, аккуратно расстелил ее на столе. Но не успели они с Политовым склониться над ней, как раздался голос радиста:
- Товарищ начальник! Некрасов!
Политов шагнул к аппарату. Быстров весь обратился в слух. Некрасова он знал хорошо. Владения Некрасова и Быстрова граничили, и им нередко приходилось встречаться в воздухе, патрулируя над лесами. Некрасов, старый, опытный командир, раза два по-соседски выручал Владимира.
- Большой?.. А не верховой? - кричал Политов в трубку густым, чуть хриплым басом. - Там Яровой с Сидоровым. Ты сбрось-ка им на помощь своих. Уже?.. Троих?.. И с рацией?.. Вот за это хвалю!.. Быстров здесь, у меня, загорает… Мотор… А лесник не нашел вымпела… Конечно, слетай. А мы еще Телеграфом укажем квадрат. Действуй!
Политов положил трубку.
Лицо у него было довольным, морщинки расправились. Быстров знал: начальник авиабазы всегда искренне рад инициативным и решительным действиям своих подчиненных, всегда поддерживает их. Было немножко грустно и обидно, что эта радость относится к Некрасову, а не к нему, Быстрову.
Политов вернулся к столу, склонился над картой.
- Показывай, где твой пожар.
Владимир указал. Лицо у Политова помрачнело.
- Смотри, - ответил он на молчаливый вопрос Владимира и твердым, пожелтевшим от табачного дыма ногтем провел по карте, - пока пожар спускается по склону, ветер не очень влияет на него. Но если огонь перескочит через эту ложбину, тогда я нашим парашютистам позавидовать не могу.
- Верховой?
- Может случиться…
Политов задумался. Перед его глазами невольно встали картины того страшного «верховика», свидетелем которого он был в детстве и который определил его судьбу…
