— Вы ненавидели бы меня так же, как Калеб, — мягко, спокойно и серьезно добавила Силана. — И были бы правы.
Она встала, неловко пожала плечами:
— Знаете, я думаю, есть вещи, которые нельзя искупить и нельзя исправить. С ними только можно только жить дальше. Я пытаюсь, правда, хотя после возвращения все кажется мне чужим. Прошлая жизнь будто сон. Я почти не помню, какой была тогда. Все, что есть у меня сейчас это мамин дом, Парная Лига и наш с вами контракт. Теперь вот этот скат.
— Я мог бы дать тебе больше, — сказал ей Рейз, и почему-то это было очень трудно и страшно — предложить. — Если бы ты только позволила.
Очень хотелось, чтобы она согласилась.
— Иногда мне кажется, что даже того, что есть, слишком много.
***
Утром Рейз проснулся непривычно рано, хотя накануне долго не мог уснуть — все прокручивал в голове слова Силаны, ее взгляд, нервные, неловкие движения рук, и чувствовал себя беспомощным.
Почему-то вещи, которые нужно было сказать тогда, приходили в голову теперь, и не имели никакого смысла.
Он встал, добрался до ванны и привел себя в порядок, долго пялился в зеркало. Под глазами залегли темные круги.
Силана уже ждала его внизу. На ней снова было жреческое платье — чистое и аккуратное, и Рейз поймал себя на мысли, что она почти всегда ходила так, хотя наверняка могла позволить себе наряжаться каждый день в разное.
Она сидела в кресле, читала книгу, и свет, лившийся из окна, золотил седину у нее в волосах. Тонкие пальцы зацепили краешек страницы, бережно перевернули.
— Ты всю ночь не спала? — спросил Рейз, чтобы хоть что-то спросить.
Силана повернула к нему голову, посмотрела устало:
— Доброе утро. Нет, я ложилась незадолго до рассвета. Все в порядке, не волнуйтесь обо мне. Пожалуйста.
Рейз подошел к очагу. Дрова почти закончились, но в гостиной было по-настоящему тепло. Почти жарко.
— Скату лучше? Переживет без нас пару часов, пока мы будем в школе?
— Да, — она встала, заложила книгу листом рябины. Наверное, другой закладки не попалось под руку. — Я дала ему воды, и он немного поел. Это хороший знак. Только. давайте постараемся все же оставлять его одного надолго.
— Никто и не требует, чтобы ты все время торчала со мной. Встретимся с Мелезой, сходим в школу. Как только договоришься с хозяином, возвращайся к скату, а я останусь и потренируюсь.
— Конечно, — она кивнула, мягко погладила ската по краешку плавника, будто утешая и успокаивая. — Если вы готовы, то и я тоже. Можем идти, как только дождемся госпожу Мелезу.
Этого Рейз не ожидал:
— Погоди, а завтрак?
Силана смутилась, виновато улыбнулась — тускло и устало:
— Извините. Я совсем забыла. Там, наверное, еще что-то осталось на кухне. Если хотите, я подогрею.
— Давай лучше я. Тебе бы тоже поесть. Ты же не завтракала?
— Я не голодна.
— Силана… — она не спала, не ела. И совсем недавно едва не умерла, исцеляя Дженну. — Пожалуйста.
Кажется, она просто не захотела спорить, или почувствовала, что просто так Рейз не отстанет:
— Совсем немного. Я действительно не хочу.
Он ушел на кухню, подогрел еды и разложил по тарелкам.
Когда он вернулся в гостиную, Силана посмотрела на него растерянно:
— Рейз, я просто не съем столько.
— Пацан же съедает, а он вообще ребенок. Давай, ложечку за… — он едва не сказал «за маму», но вовремя исправился, — за Мелезу, ложечку за Грея. Не забудь за меня и за ската.
Если Силана и заметила паузу, она не подала виду:
— Это… действительно очень много.
— Не доешь ты — доем я, — ответил Рейз, зачерпнул ложкой, прожевал, прежде, чем заговорить. — Кухарка у тебя, если честно, так себе. Ты скажи ей, чтобы больше приправ ложила, а то совсем же пресно.
Силана почему-то покраснела, смущенно уткнулась в тарелку:
— Конечно. Я ей передам.
Рейз следил за тем, как она без аппетита возила ложкой. Силана заметила его взгляд, принялась равнодушно есть.
Он думал, что она отставит тарелку после нескольких ложек, но в конце концов она доела почти все, хотя положил ей Рейз и правда немало.
— Извините, вам совсем мало осталось.
— У меня вообще-то и своя порция была, — он фыркнул и забрал ее тарелку, спросил с любопытством. — Ты же явно не хотела доедать, зачем заставляла себя?
Она неопределенно пожала плечами:
— Я не знаю, когда смогу поесть в следующий раз.
Странно было слышать это от нее. От богатой девчонки, которая жила пусть в полупустом, но роскошном доме и могла позволить себе выступать в Парной Лиге.
Должно быть, Силана и сама это понимала, потому что смутилась и добавила:
— В последнее время постоянно что-то происходит.
С этим Рейз поспорить не мог.
***
Мелеза с Греем ждали их уже в экипаже, у дома. Колеса едва заметно светились зеленоватым чародейским огнем. Внутри оказалось почти уютно — сиденья были обиты мягкой кожей, на потолке переливалась вязь каких-то символов.
Грей сидел напротив Мелезы, абсолютно прямой, невозмутимый, и, кажется, даже не моргал. Широкая полоса ошейника у него на горле казалась похабной и неуместной.
— Силана, — Мелеза улыбнулась, указала на место рядом с Греем. — Присаживайся.
