Теперь, после нового столкновения, старые обиды между сектами, помноженные на новые, неизбежно приведут молодое поколение к конфликтам. Начнутся нескончаемые поединки и дуэли между практиками, а также схватки за трофеи. Слабые умрут, а сильные станут ещё сильнее. Многие поднимется на новый уровень силы.
Представители власти на территории Империи предпочитали не вмешиваться в конфликты между сектами. Пусть себе одаренные выясняют отношения! Император, разрешив сектантам грабить катакомбы, не мог не знать о таких последствиях. Скорее всего, он рассчитывал на такой исход. Разделяй и властвуй.
Но факт оставался фактом.
Причину приглашения его в поместье брат разъяснил. В то время как возможная причина нападения на У Сина выглядела иначе. Он раньше думал, это старые счёты Тёмной воды с сектой Огненного Облака.
Однако заклинатель Ди наверняка знал, что приключилось в крепости контрабандистов, и решил под шумок ликвидировать монаха. Так он ослаблял чужую секту в предстоящем дележе древних артефактов. Ведь известно: чтобы обучить практика, надо много лет, а чтобы убить — всего один миг.
Вышло наоборот. Победителем из схватки вышел У Син. Интересно, на сколько очков репутации можно будет обменять амулет мёртвого заклинателя?
«Если удастся дожить до посещения родной секты», — мрачно подумал монах.
***
— Так вот, — продолжил Су Лян, отметив смятение, охватившее больного. — Теперь, когда ты всё знаешь, события могут выглядеть несколько иначе. Адепт Тёмной воды решил воспользоваться случаем. Всегда найдутся те, кто попытается заработать на вражде сект. В городе прямые нападения запрещены императорским указом, но всегда можно найти лазейку и повод вызвать на поединок. У них не получилось в этот раз, но они обязательно попробуют снова. Теперь это дело чести, ведь ты убил одного из лучших учеников.
— Утешил.
— Кстати, у почтенного брата лекаря тоже есть, что сказать.
— Иногда мёртвые могут много поведать, даже если не прибегать к запретным искусствам, — заметил Вэнь Жень, подразумевая, что необязательно вызывать дух покойного для допроса. — Я вскрыл тела тех, кто на тебя напал. Вырастить такую девочку довольно сложно. У ребенка сильно изменены мышцы и связки. Её тренировали едва ли не с рождения. Однако при проверке талисманами оказалось, что внутренние энергетические каналы развиты весьма слабо. Их просто не тренировали, больше развивая физическое тело, хотя потенциал у неё был хороший. Скорость реакции усилена алхимическими составами, иначе бы она не сумела тебя поразить. При этом она оставалась человеком, и в ней сложно было распознать выращенного убийцу. Моя лаборатория не позволяет установить большую часть произведенных над ней изменений. Очень уж сложный и непонятный способ… Хотя по-своему эффективный. Мужчина не заслуживает такого пристального интереса. Я указал в отчете все детали.
— Я заберу его с собой и посмотрю позже, — заверил начальник Су Лян и снова обратился к подчиненному: — У Син, скажи, почему ты не сообщил о наличии у тебя духовного питомца и не подал бумаги на его регистрацию? И как ты, будучи без сознания, предоставил ему доступ на подземные этажи резиденции ордена, минуя защиту?
Кот, сидящий рядом, мурлыкнул.
Паланкин мерно покачивался под размеренные шаги носильщиков.
Звуки и запахи, доносившиеся из-за плотно закрытой завесы, словно осязаемые плыли и наполняли все вокруг, не желая складываться в законченную картину. Или, быть может, это совсем поплыло, пытаясь ускользнуть, сознание У Сина?
Объяснить, почему прямо сейчас, в таком тяжелом состоянии ему срочно понадобилось вернуться домой, внятно не получилось. Да, безусловно, дело касается его безопасности… Дело жизни и смерти… Да, он осознает последствия… Да-да, он всё уладит и тут же вернётся в многоопытные руки мудрого Вэнь Женя.
***
«Этот недостойный У Син со всем почтением просит безупречную Си Лян посетить его, дабы испить жасминового чая с османтусом и семенами лотоса».
— Что за нелепость! — громыхнул брат Су Лян пустой чашей о стол.
Когда У Син попросил братьев по ордену написать записку и срочно передать Огненному Цветку, Су Лян вспылил и ушёл, велев готовить «этого потерявшего последний разум» к поездке. Разумеется, он не мог отпустить его без сопровождающих и выделил помимо носильщиков пару младших братьев, чтобы в случае чего отбиться от убийц.
Вот что монах ценил в братьях. Как бы они не гневались, но всегда его поддерживали, не задавая лишних вопросов. Очевидно, начальник и целитель сочли, что у него есть план.
Что поделать. Сейчас ему была нужна помощь, и только так он мог сообщить лисе, в чём нуждается. У них было припасено немало чая, и каждый из них означал конкретную ситуацию. Этому тайному языку иносказаний, принятому у знати, его обучила Су Лян.
Правда, сейчас скорее подошёл бы «белый чай», но У Син надеялся на лучшее, несмотря на то что духовный контракт давил на его источник магии.
