Графиня, — сказал я вслух, надеясь, что чувство мстительного торжества не отражается на моем лице, — Ломбар на этот счет дал весьма четкие указания.
Но почему, Солтен, почему? Он же подвергнется смертельной опасности, если не будет знать самых элементарных вещей по этому предмету! — И новая слеза покатилась по ее щеке.
У Ломбара, должно быть, есть на то свои причины, — ответил я. Интересно, а по каким это причинам я вдруг внезапно ощутил тошноту? — И должен сказать, — продолжал я, — что причины эти у Ломбара всегда бывают весьма основательными. Я полагаю, что он просто хочет, чтобы Хеллер там выглядел более естественно. Вы ведь знаете, как обычно действуют настоящие специальные агенты: суются всюду, заглядывают в мусорные ящики и вообще явно привлекают к себе внимание. Надеюсь, вы сознаете, что Ломбар свободно может убить нас обоих за то, что я и так допускаю много лишнего. Ведь задачи данной миссии весьма просты — внедрить там кое-что из современных технологий для того, чтобы планета могла… — Тут мое внимание внезапно переключилось на то, что происходило за ее спиной.
Желтокожий гигант пришел в себя. Ассистента нигде не было видно. И сейчас желтокожий двигался к нам. Он сердито потирал локоть и выглядел при этом весьма угрожающе. Холодок страха пробежал у меня по спине. Графиня тем временем старалась подыскать новые аргументы, которые могли бы убедить меня. Она не заметила, что внимание мое переключилось на гиганта. Видимо, я все же не разучился скрывать свои чувства. У меня зародилась слабая надежда, что это грубое чудовище, которое было уже совсемрядом за ее спиной, убьет ее и тем решит все мои проблемы. Она была безоружна. Я же намеренно следил за тем, чтобы рука моя непроизвольно не потянулась к оружию. Она продолжала сидеть на подлокотнике кресла. Позиция ее была весьма неудобной. Если Она попытается вдруг резко подняться, кресло может опрокинуться. Гигант медленно приближался, попрежнему продолжая массировать локоть. Вот он уже принял угрожающую позу, так и не замеченный никем, кроме меня.
Графиня все никак не могла найти нужный аргумент и просто умоляюще глядела на меня. Желтокожий оставил наконец свой локоть в покое и ухватил ее за плечо!
— Тебе придется держать от меня подальше этого (…) Хеллера, иначе я сверну ему его (…) шею! — проревел он.
Графиня резко повернулась, все еще не вставая с кресла, и окинула взглядом возвышающуюся над ней фигуру.
— Не смей в таком тоне говорить о Джеттеро! — резко бросила она. Словно единый вздох прокатился по залу.
Человек пятьдесят, присутствовавших в зале, шумно втянули в себя воздух и замерли, затаив дыхание. В помещении воцарилась гробовая тишина. Гигант медленно поднял руку, собираясь схватить женщину за горло. Голос его прогремел столь страшно, что каждое слово, казалось, несло смертельную угрозу.
— Я буду говорить о нем так, как мне вздумается! Он всего лишь (…) офицер Флота! Хвастливый, жалкий, гнусный, надутый (…). — Руки его снова потянулись к ее горлу.
Лицо графини побелело как мел.
Рука же скользнула за спинку кресла, и оно, вертясь по. полу, откатилось в сторону.
Она обошла противника справа.
Раздался звук, похожий на выстрел. Я не разглядел движения ее руки, однако левая кисть желтокожего оказалась сломанной и бессильно повисла!
И тут начался адский танец, наблюдать который еще раз я не согласился бы ни за что в жизни. Нет, это не была бесчувственная, лишенная эмоций статуэтка! Графиня превратилась в комок ярости, и карающего гнева. Она ударила гиганта в лицо левым свингом и тут же снова заняла боевую стойку. Правая рука широким свингом направилась к его лицу, однако перед самым ударом, когда тыльная сторона ее кисти уже должна была коснуться цели, бронзовый каблук с силой ударил об пол. Казалось, что этот прозвучавший подобно выстрелу щелчок придал дополнительное ускорение руке. И в то же мгновение раздался хруст ломаемой кости! Сделав шаг вправо, она чуть занесла левую руку и резко выбросила ее вперед. Каблук левой ноги щелкнул по полу. Удар тыльной стороны кисти пришелся по скуле, и снова послышался хруст ломаемых костей! Уход влево! Удар! Удар справа! Удар слева! Щелчок каблука об пол. Удар в челюсть!
Нанося удар за ударом, действуя как точно выверенная беспощадная машина, она заставляла противника пятиться все дальше и дальше. У желтого гиганта за спиной оставалось еще футов пятьдесят. Шаг за шагом графиня сокращала это расстояние. Кровь потоками заливала его грудь. Он рычал, как зверь. Шаг за шагом, удар за ударом она загоняла его в угол. Это было жуткое и впечатляющее зрелище, самый настоящий балет ужаса, балет крови и мучительной кары. Странное музыкальное трио сопровождало этот страшный танец: ритмичное щелканье каблука, глухой звук нанесенного удара и отчаянный вопль желтого гиганта.
Так они прошли уже футов пятьдесят или шестьдесят, и каждый шаг был оплачен мучительной болью. И тут желтокожий предпринял попытку атаковать графиню!
