— Что?! Это немыслимо! Жестокая ложь! — разорался Соего, однако его ощутимо бросило в пот.
— Ты осмеливаешься лгать верховному жрецу Молчаливого Короля?
— Нет! Нет, Харгримм, я и не думал даже...— начал он, но Харгримм пресек его излияния.
— Где твой дневник? Я хочу взглянуть на него. Докажи свою невиновность перед глазами Молчаливого Короля.
Осознав, что загнан в угол, Соего начал всхлипывать.
— Я... я... я взываю к твоему милосердию, Харгримм...—
— Соглашение Мертвых защищает тебя здесь, Соего, но ты никогда не покинешь эти катакомбы. Ты продолжишь свои поиски драгоценной Истинной Смерти здесь, в одиночестве... до конца дней своих. Прощай.
— Но... ты... не можешь...— Разъярившись, Соего обратился в человека - крысу.
— Запомни мои слова, Живой: лишь Соглашение защищает тебя здесь. Не отбрасывай свой последний щит столь бездумно.
Но Соего уже ничего не слушал.
— Я не буду сидеть в этой клетке! — вопил оборотень. — Умрите!
Харгримм произнес заклинание, убившее Соего до того, как он успел сделать хотя бы шаг. Верховный жрец оглядел труп:
— Сделано. Да сохранит Молчаливый Король нас от подобной напасти в будущем!
Я предположил, что теперь, когда мы трое раскрыли лазутчика, Харгримм может позволить нам покинуть катакомбы. Но я не хотел участвовать в расправе нежити над Соего и решил продолжить исследования Залов Мертвых Народов.
Я обнаружил весьма озадаченного скелета, тщетно бьющегося над загадкой, загаданной ему иным скелетом. Для меня ответ был очевиден, и все же я не открыл его, решив, что тому будет полезно убить время на его поиски.
А вскоре я набрел на того самого скелета, что и загадал загадку. В отличие от иных бесстрастных скелетов, этот тряс своей черепушкой и непрерывно хихикал, прикусывая кость руки в тщетных попытках прекратить собственное веселье. Он был весьма стар и на кости не осталось и следа плоти... лишь несколько лоскутков тряпья. Я приветствовал его:
— Слышал, у тебя есть трудная загадка.
Он кивнул, хихикнув.
— Хочешь услышать ее? В ответ я тоже кивнул, и он продолжил: — Вспомни слова, который заканчиваются на «ый». Злобный и голодный - два их них. Лишь три слова есть на Общем Языке... какое третье? Оно означает то, что мы используем каждый день. Если ты слушал внимательно, то я уже дал тебе ответ в самой загадке.
Очевидно.
— Конечно же, дал. Это — язык.
Скелет заметно огорчился.
— Ну как ты узнал?!
— Первые два предложение не связаны и служат лишь для того, чтобы запутать. Лишь три слова есть «на Общем Языке». Третье слово - язык.
— Дерьмище тролля! Ну ладно. Никому не говори ответ, хорошо? Может обещать мне это?
Когда я спросил, с чего это мне давать подобное обещание, скелет отвечал:
— Потому что мне доставляет удовольствие видеть, как они стоят и пытаются решить загадку целую вечность.
Я заметил, как бы между прочим:
— Уверен, ты сам не столь хорош в поисках ответах на загадки. Это тебе не задавать их!
— Чего- чего? — Он приложил костяную ладонь к виску черепа, туда, где некогда было ухо. — Я слышу... вызов? Да... да... ну давай же! Но если ты проиграешь или решить прекратить состязание, я больше никогда с тобой не заговорю!
И он, скрестив руки на грудной клетке, выжидающе на меня посмотрел. Я был почти готов взять свои слова назад. Придумывать загадки, имея за спиной всего пару осознанных дней жизни оказалось не так- то просто.
— Хорошо: Что дороже - сто золотых монет, которые весят фунт, или двести, которые весят полфунта? — спросил я и с надеждой посмотрел на скелета. Надежда разбилась о кривоватую ухмылку в духе Морти.
— Кретинский вопрос. Конечно, фунт золота стоит дороже, чем полфунта! — скелет штрихами нарисовал в пыли лицо, отдаленно напоминавшее человеческое. — У меня нет ни одного брата, у меня нет ни одного дяди, а у него есть отец, и его отец- сын моего отца. Кто он?
— Твой сын. Кретинский вопрос,— пожал я плечами. Он пробормотал что- то про Баатор и мое в нем место. Я подумал еще немного.
— Тому, кто его сделает, он не нужен, тому, кто его купит, он не нужен, а тот, кому он нужен, так его и не увидит,— выдал я.
Скелет после секундного молчания тихо засмеялся:
— Живые! Ничего подобного, еще как увидит! Если повезет. Ответ - гроб. Какие два слова даже величайшие из мудрецов произносят с ошибкой?
— Ну- ну,— усмехнулся я,— С ошибкой. Ночью их никто не приносит, а они появляются, а днем их никто не забирает, а они исчезают.
— Э- э... Ну - у... Да, звезды, конечно, звезды,— это было уже чересчур — я был уверен, что скелет не видел ни одной звезды много десятков лет.
Скелет с удовольствием потер костяшки пальцев.
— Меня никогда не было, но я всегда буду, никто и никогда меня не видел и не увидит. И все же во мне уверены все те, кто живут и дышат в этих печальных залах. — Эта загадка заставила меня призадуматься. Речь о каком- то призраке? Нет, навряд ли.
— Ответ... ага! Завтра!
— Ух ты, угадал! И впрямь, завтра. Ну, давай теперь ты.
— Сейчас. Что есть начало эона, конец времени и пространства, начало всякого окончания и конец любого места?
