Торпед у него было около двухсот, а один только флот Гелиума насчитывал около тысячи крупных кораблей, всего же их было в объединённом флоте порядка десяти тысяч. Это нападение выглядело бы смехотворно, если бы торпеды не были, во-первых, невидимыми, а во-вторых, многоразовыми. Прикрепившись к днищу одного корабля, торпеда генерировала мощный импульс фортов, уничтожая весь металл на нём. Корабль разваливался на куски, а невидимое устройство как ни в чём не бывало отделялось и направлялось к следующей цели. Не зря, совсем не зря Фор Так дал своему творению поэтичное имя «Летающая Смерть».
Если бы война на Барсуме велась так, как было принято в течение тысячелетий, всё бы закончилось в течение пары часов — и это была бы величайшая воздушная катастрофа в истории цивилизации, причём никто бы даже не понял её причины. Но правила игры уже изменились — правда, незаметно для жителей планеты. Появился новый игрок. То, что было идеальной маскировкой для глаз барсумцев, с лёгкостью вычислялось сенсорами Часового.
«Регистрирую приближение малых аппаратов, невидимых в оптическом спектре, — произнёс мысленный голос Дракона в голове Фал Сиваса. — Дистанция до ближайших — около тридцати хаадов, собственная скорость объектов — около 1500 хаадов в зод, скорость сближения — примерно 2200 хаадов в зод. Пересылаю визуализацию».
Теперь летящие торпеды видел и Фал Сивас. Дракон проецировала образ прямо в его мозг, причём не так, как видела она сама, а так, как увидел бы он со своего места. Детская задачка по конструированию дополненной реальности.
— Всё, как мы и рассчитывали, — прошептал толстяк. — Погоди, не стреляй по ним. Откроешь огонь только если они приблизятся к нашему кораблю на два хаада или ближе. Хочу кое-что опробовать.
Он сконцентрировался и послал мощную мысленную команду. «Летающая Смерть» тут же развернулась и сформировала «журавлиный клин», в двадцати хаадах впереди объединённого флота. Невидимая, она теперь шли одним курсом и на одной скорости с объединёнными силами, которые и не догадывались, какой угрозы избежали, и какого могучего союзника заполучили.
— Ха! — хлопнул в ладоши Фал Сивас. — Я так и знал! Эти торпеды управляются искусственными мозгами — твоими уменьшенными подобиями, Дракон! Я сам их проектировал! Ни одна мысленная команда для них не сравнится с моей командой! Ха, Фор Так, надо было думать, против кого какое оружие применяешь!
«Впечатляет. Ты действительно велик, отец. Что ты собираешься делать с торпедами? Использовать их против флота Тул Акстара?»
«Нет, спрячь их в один из транспортных кораблей, — мысленно ответил изобретатель, чуть успокоившись. — Найдём им лучшее применение позже, а пока пусть помашут мечами громилы Гелиума и Зоданги, не зря же мы их сюда везли».
Агрессия специалиста по суперсимметрии сыграла им на руку, как и планировалась. Теперь Дракон имела полную возможность арестовать его в порядке самозащиты (а также защиты людей). Разумеется, десантники объединённого флота могли бы легко сделать то же самое… но в процессе завязалась бы перестрелка, в которой погибли бы преданные слуги Фор Така. А после этого убедить его сотрудничать было бы сложновато.
Дракон же на нелетальных мерах противодействия не одну собаку съела. Пока воины барсумских сверхдержав занимались своим любимым делом — увлечённо резали друг друга в небесах — один корабль Дракона завис на высоте в два хаада (чуть менее 1200 метров) над домом изобретателя и с машинной точностью выпустил в окна сотню снарядов с удерживающей пеной. Маленькие разведывательные модули, подлетев поближе, показали, что все обитатели дома успешно схвачены. Только после этого корабль высадил отряд из десятка «железных людей», которые, ничего не опасаясь, смогли войти в дом, аккуратно спеленать всех, кто был внутри, и всё оборудование, имевшее, с точки зрения Дракона, мало-мальскую ценность.
Дракон переключилась на другой корабль, и спустившись из верхних слоёв атмосферы, зашла с тыла к флоту Джахара, открыв огонь с дистанции в пять километров. Разумеется, дезинтеграторы на таком расстоянии были совершенно бесполезны, неуправляемые снаряды могли попасть в корабль только при стрельбе на упреждение, а самонаводящиеся (те, что притягивались теплом) — попадать-то попадали, но били в горячие двигатели или в человеческие тела. Однако Дракон использовала новый тип вооружения, аналога которому на Барсуме не существовало. Управляемые активно-реактивные оперённые снаряды прицельно били в резервуары восьмого луча, пробивая в них ровно такие отверстия, чтобы корабль совершил вынужденную посадку, но не разбился. Ответный огонь немногочисленных радиевых пушек Джахара не приносил результата — во-первых, корабли, оснащенные таковыми, Дракон выводила из строя в первую очередь, во-вторых, использовала ещё две новинки в местном военном деле — тепловые ловушки и авиапулемёты, сбивавшие снаряды на лету. И всё это с машинной точностью и хладнокровием, учитывая одновременно координаты и скорости многих тысяч тел, летящих в воздухе.
