- Борн, а почему холодильник пустой? - прозвучало уже из варочной комнаты.
- Смотри пункт номер один.
- А почему прислугу не завёл?
- Мадам, это соблазны. Я боюсь поправиться.
- А во флигели, что никто не живёт? - спросила Матильда, стоя уже в прихожей.
- Возьми ружжо и проверь. И, вообще, как ты меня нашла? - задал самый важный вопрос текущего момента.
- Увидела, как ты ехал на иномарке, по Клеару. С твоим Борисовым и его любовницей - Эльзой. "О. Так она их знает".
- Ага. С ними. А сама где была?
- Маникюр поправляла. Красиво? - прямо нашептала, показала ухоженные пальчики, и добавила, - ну, ещё кое-что купила...
- Очень. Это ты об амазонском наряде? - спросил. Матильда угукнула и скрылась на кухне.
- Мальчики, я буду сейчас вас кормить, - оповестила оттуда. С Кабашей пошли к заявившейся хозяйке. Матильда собралась ладить какой-то салат и побежала за зеленью в огород. "Ну-ну. Старайся, соседи вот только такой наряд вряд ли одобрят". Я, усевшись за обеденный стол, развернул газету. "Тэкс, и почём у нас овсы"? Минут пять листал газету.
- Борн, иди сюда. К нам Снегурочка пришла, - донеслось вдруг с порожков. "Какая ещё Снегурочка"? Недоумевая, вышел на крылечко. С одной стороны увидел полуголую Матильду с пучком петрушки (это она правильную травку сорвала), а с другой стороны стояла девака в норковой шапке, пальто и зимних сапогах. В правой руке держала тяжёлую хозяйственную сумку. И припорошенную снегом. И меня припорошили на всю голову. "Вау". Передо мною стояла моя жена из прошлой жизни, наивно-розовощёкая Инга.
- Милочка, вы к Борну? - вопросила баронесса.
- Здравствуйте. Нет. К своему хорошему знакомому. А куда я попала? Тут всё такое... и лето в придачу, - Инга удивлённо оглядывалась.
- Я тоже удивлялась сегодня. Чуть не уписалась. Ехала в Париж, а попала в Монако. И, в придачу, Ясная в четырёх километрах от княжества оказалась.
- Так, где я? Инга ещё больше глаза округлила. Я, в это время, лихорадочно соображал, как себя вести с почти женой номер два. Ингу перебросило из 31 декабря 1998 года. С сумкой вкусностей от мамы для посиделок. А я её по норковой шапке узнал. После той зимы она её больше не носила. Да, и встретив Новый год, я с ней разругался, что бы начать с нуля новые, уже семейные, отношения через десять месяцев. Так, что выходила почти жена.
- Давай, Матильда, разруливай ситуацию, - переложил все хлопоты на полуголую баронессу. Матильда вручила мне петрушку. И я её пошёл мыть к колонке, косясь на декабрьскую, э, хорошую знакомую. Матильда что-то пыталась объяснить Инге, но та захотела к маме.
- Борн, я её отвезу к папе, - проговорила Матильда и укатила с Ингой искать родителей. Не переодеваясь.
- Вот это кино! Уже две жены! Они мне, что, гарем подсовывают? Кабаша, нас могут не понять, - вслух рассуждал. Кот мяукнул, пришлось идти кормить пушистика. "А Новый год тогда весёлый получился. С танцами, анекдотами, конкурсами и обломом в конце вечеринки. Даа" - припомнил минувшее. Поковырялся в салате. Мысли такие же были. Салатные. На Ауди возвратилась Матильда, одна. Я вышел её встречать.
- Борн, иди, расплатись. Там сейчас люди подъедут со свадьбы. Я переодеваться, - проговорила и махнула рукой в сторону улицы Матильда и забежала в дом. "И как это всё понимать"? Звякнул мобильник. Смс-ка гласила: "Принимай верные решения". Я чертыхнулся. Тут же позвонил Евсиков. - Михалыч, я тебе не завидую. Там сюрприз на сюрпризе. И двойное дно... Мобильник отключили. Я ещё чертыхнулся. Ноль откликов. И подкатил первый, удвоенный, сюрприз. С запада. Стелла и Аэлита с частным визитом. "Ну, с этими понятно. Чмоки-чмоки и давай займёмся этим. Ибо хищницы приехали". Расплатился с усатым таксистом. С востока подъехало второе такси. "Опаньки! Вот это да! Почти что родственники приехали". Хорошо, что у меня мозги уже были припорошены, действовало это как местное обезболивающее. Поскольку Инга привезла маму, папу, младшую сестру и её мужа. Ехали они с июльской свадьбы 1997 года и оказались у разбитого корыта. Ни дома, ни вещей, ни свадебных подарков, ни денег. И Ингу потеряли. Инга сразу нашлась, круто. И уговорила как-то поехать ко мне. "Хоть разорвись. Тут родственники, там, э, леди". Со вторым таксистом тоже расплатился, но тесть отпускать того не спешил. Долго расспрашивал. Таксист часто на меня кивал.
