Олег невольно усмехнулся про себя. Знала бы Наташа, что невольно изрекла истину! Место Валерке действительно не за компьютером, а у плиты или жаровни. У него отлично получается создавать атмосферу уютного отдыха и гармонии. Не так давно Олег увлекался соционикой и теорией Юнга, где говорилось о том, что каждый человек имеет набор психологических качеств, делающих его уникальным. В зависимости от того, какие превалируют, можно точно определить, кто к какому виду деятельности склонен. Так, некоторым уютно в одиночестве, в собственных размышлениях и грезах, а другие загибаются без постоянного общения и суеты. Кто-то обожает строгать, пилить, мастерить, а у кого-то руки растут из известного места, зато он непонятным образом умеет предвидеть будущее, угадывать способности окружающих и применять их на практике. Каждому свое. Олегу — игры, карты звездного неба, межгалактические корабли, а Валерке — шашлык на лесной полянке…
Время летело незаметно. Мяса было много, и вскоре наелись до отвала. Выпили еще пива. Всех охватило сытое блаженство. Олег молчал, развалившись на траве, на которую предусмотрительно подстелил куртку. Наташа и Зимин о чем-то тихонько переговаривались. У Олега сил не осталось, чтобы ревновать. Черт с ним, с этим Валерой. Пусть понаслаждается общением с такой необыкновенной девушкой, как Наташа. Скоро, очень скоро она станет женой Олега, и Валерке останется лишь молча завидовать. Он самодовольно усмехнулся.
— Чего ухмыляешься? — добродушно спросил Зимин.
— Так просто.
— Ты похож на сытого кота, — весело проговорила Наташа. — Я тебя таким никогда не видела.
— Значит, плохо кормила, — тут же поддел Валерка.
— Пошел ты, — шутливо огрызнулась она. — Отлично кормила.
Олег решил-таки вступить в разговор.
— Хватит вам грызться. Вы оба — отличные повара. Наташа, надо будет как-нибудь пригласить Валеру к нам в гости.
— Я только за. — Она тоненько захихикала.
Олег понял, что она прилично захмелела. Самого его тоже развезло. Он поглядел вверх — небо в просвете деревьев совершало медленные обороты. Голова кружилась. Слишком много спиртного за два дня. Он не привык столько пить. У Валерки в кармане затрезвонил телефон.
— Да, мама. Мы нормально. Хорошо сидим. Ты как? Что? Не может быть!
Он мотнул головой и беззвучно выругался.
— Что такое? — испугалась Наташа.
Олег сразу протрезвел.
— Кто-то приходил? — Он вскочил на ноги.
Зимин снова замотал головой и приложил палец к губам.
— Тихо! Да, мам, я понял. Сейчас приеду, ты, главное, не нервничай. Лежи.
Он отключил вызов.
— У матери приступ панкреатита.
— Это что? — не понял Олег.
— Поджелудочная, — тихо сказала Наташа. — Я знаю, что это такое. Адские боли.
— Вот именно, — убито проговорил Валерка и встал с табурета. — Говорил ей, не пей столько кофе! Не послушалась. — Он виновато взглянул на Олега. — Надо съездить к ней. Она совершенно беспомощна, лежит и плачет. Даже таблетку сама не может взять. А если совсем худо, «Скорую» вызываем.
— О чем речь, — тут же согласился Олег. — Поехали.
— Да ладно вам. — Валерка взглянул на оставшееся в контейнере мясо. — Я туда-обратно. Таблетку дам, посмотрю по ситуации. Если не надо «Скорой», то вернусь. Ты, Криволапыч, пока новые угли поставь.
Олег продолжал стоять в нерешительности. С одной стороны, ему не хотелось уезжать отсюда. Еще минут сорок — час, желудок отдохнет, и можно будет приступить к новой порции шашлыка. Овощи и пиво еще остались. До вечера далеко. Без Валерки они с Наташей отлично посидят. С другой стороны — вдруг что? Зимин обещал помощь. Одним им, без него, явно не справиться, предыдущий опыт это показал.
— Олеж, ты чего молчишь? — негромко спросила Наташа, разглядывая что-то в телефоне. — Мы остаемся или едем?
— Да вы чего, ребят? — Валерка посмотрел на них, как на сумасшедших. — Боитесь, что ли? Кто вас тут тронет? Тем более за сорок минут. Мы тут уже три часа, если что.
Олегу его слова показались убедительными. В самом деле, откуда тут взяться Сергею и его приятелям? Не стоят же они за деревьями и не наблюдают за ними тайком, дожидаясь, пока исчезнет Зимин.
— Ладно. — Он махнул рукой. — Мы тебя ждем. Угли разожгу, чуть позже, а жарить — это ты сам. У меня так не выйдет, я только мясо испорчу. Оно у меня всегда подгорает до черной корки.
— Не вопрос. — Валерка достал ключи от машины. — Я мигом. Если что — сразу звони.
— Обязательно.
Зимин скрылся за деревьями. Наташа оторвалась от экрана, подошла к Олегу и, опустившись на расстеленную куртку, потянула его за штанину.
— Садись.
Тот послушно сел.
— Как здесь хорошо, — шепнула она, прижимаясь виском к его щеке.
Они немного посидели молча в приятной полудреме. Угли совсем остыли, а новые Олег так и не разжег. Ему не хотелось тревожить призрачное состояние покоя и гармонии. Тем более сверху, из-за деревьев, начало капать, сперва чуть-чуть, потом все сильнее. Наташе на щеку упала крупная капля. Она улыбнулась, вытерла ее и надвинула на голову капюшон. Зазвонил Олегов телефон. Это был Зимин.
