– «Курьер» ближе подпускать нельзя, а отсюда я промахиваюсь, – сказал Рэд, – даже если «Астрикс» не выйдет из дрейфа. Десять раз пересчитал и все равно – гарантированная траектория ухода в бесконечность… «Санта» не летает ни хрена!
– Возьми с упреждением по дрейфу, – неуверенно посоветовал Виктор.
Гардон вздохнул:
– Буду знать, в какую сторону – возьму. Скорости мне не хватает, Виктор. Даже с учетом переносной – той, с которой сам «Курьер» идет. А если «Курьер» выйдет не точно – мы получим такое расхождение межу расчетной и фактической траекториями, что я месяц там буду маневрировать, – Рэд взялся за сигареты, оглянулся на Макса, на Виктора и убрал обратно. – Где-то же они здесь курят… – пробормотал он и решительно добавил: – Нужен дополнительный движок. Четыре двигательных установки с изменяемым вектором тяги, чтобы сохранить маневренность. Причем таких, о которых «Астрикс», вернее те, кто его програмировал понятия не имеют. Что-то, что давным-давно снято с производства. Если, конечно, у тебя нет новаторских идей в области ракетостроения.
Виктор присвистнул, помолчал, согнал Гардона с единственного стула на койку и уселся на его место. Вновь полупрозрачным веером вспорхнули вверх лепестки дисплея. Виктор уткнулся в расчеты.
– Два максимум, – сказал он.
– Четыре.
– Два. С кем торгуешься! Четыре крепить некуда. Выбирай.
Виктор развернул объемное изображение.
Над столом повисло несколько десятков странных конструкций: заполненные водородом посеребренные шары; ракеты, спрятанные одна в другую; ракеты, связанные тросами; кое-как скрепленные друг с другом отсеки, прикрытые гигантскими вогнутыми зеркалами и бронированные конструкции старинных реакторов, оплетенные трубами системы охлаждения. Рэд ахнул от удивления и тронул указательным пальцем диск, диаметр которого, если верить чертежу, составлял 115 метров. Диск развернулся другой проекцией, показав неправдоподобно узкое ребро.
– На этом точно не поеду… даже не уговаривай!
Блохин снисходительно улыбнулся:
– Это радиатор. Лишнее тепло так сбрасывали.
Он променял роскошную картинку на формулы и уравнения, но Рэд все еще зачарованно смотрел на дисплей.
– Перешли мне этот файл, – сказал он, наконец. – Подобрал что-нибудь?
– Почти, – откликнулся Виктор, – об этом наверняка не вспоминали… – пробурчал он себе под нос, – но так далеко не уедешь, сейчас скомбинируем с чем-нибудь… Макс!
– Что? – недовольно отозвался Ласкис, не подняв головы.
– Ты, например, знаешь, что такое гидразин?
– Нет.
– Оч-чень хорошо. Надеюсь, ты такой не один. Но сила тяги мала. Рэд, – он поднял глаза, – ты отдаешь себе отчет в том, насколько все это ненадежно? А если еще параллельно вспомогательным запустить собственные двигатели «Санты»…
– Ты что предлагаешь? – перебил его Рэд. – Управляемый астероид?
– Тогда смотри, капитан. Только близко к сердцу не принимай, – усмехнулся Виктор.
Гардон пережил несколько неудачных компьютерных пусков, махнул рукой и около трех часов ночи ушел курить, а потом спать, предоставил Виктору доводить модель до ума в одиночестве.
Проснулся Рэд под соловьиную трель будильника и звук открывающейся двери. Виктора в комнате не было. Максим Ласкис прошел к своей койке и посмотрел на Гардона красными от бессонницы глазами.
– Пилоты «Курьера» сказали, что у них сейчас тренировочный полет, – хмуро сообщил он, – я передохну пока? Ваши истребители всю душу вымотали.
– Ночью? – недоверчиво спросил Рэд.
– Под утро. Разбуди, как сцепку в ангар вернете, хорошо? Все равно ничего не соображаю.
Рэд немного поломал голову над тем, чем могли утомить программиста пилоты «Флэшек» и отправился на поиски летной экипировки.
В ангаре торчала Кудряшка, бочком примостившаяся на сидении четырехместного транспортера, стоявшего у диспетчерской кабины. Она была одета в оранжевый летный комбинезон и сосредоточенно заполняла протокол, шевеля губами.
– Закончили сцепку монтировать? – негромко спросил Рэд.
– Ага, еще ночью, мы уже один раз обкатали, – быстро проговорила девушка, не поднимая головы.
– А где первый пилот?
– Говард?
Айна наконец отвлеклась. Ее в очередной раз обдало пронизывающим холодом серых глаз шефа, она спохватилась и вскочила, сообразив, с кем разговаривает:
– Первый пилот согласовывает с диспетчером время повторного старта, господин капитан!
Рэд усмехнулся, твердо решил выгнать девчонку из группы, придравшись к какой-нибудь ерунде, и оглянулся на готовую конструкцию. Звездолет стоял на вытянутых на максимум опорах так, что вездеход, висящий под брюхом, не касался пола. У платформы трапа дежурили двое вооруженных охранников. Дед вышел из диспетчерской, подошел к транспортеру и поздоровался с Гардоном.
– Попробовали? – спросил Рэд.
– Да, сэр. Нормально идет. Сейчас до восьми плановые страты, потом час нам, потом истребители сопровождения грозились все орбитальные уровни занять. В кабине как раз пассажирские кресла установят.
– Если не возражаете, Говард, я ваше место займу. Айна, ты первым. Я «Санту» попробую отцепить.
– Да, сэр, – почти в унисон ответили пилоты.
