Планета мистера Заммлера полностью

Эти мысли свидетельствовали о том, что Заммлер готовился к встрече с Говиндой Лалом. Почему бы им было не поговорить? Доктор Лал – по специальности, видимо, биофизик – подобно многим ученым, мог оказаться носителем сугубо объективного мышления. Однако рукопись позволяла предположить, что он способен мыслить достаточно гибко. В конце каждого технического раздела он делал примечания относительно человеческих аспектов будущих нововведений. Ему, очевидно, было известно, что открытие Америки внушило греховному Старому Свету мечту о Новом Эдеме, и поэтому он писал в своей работе: «Общее сознание вполне может оказаться новой Америкой, а механизмы централизованного доступа к данным могут породить нового Адама». Лежа в своей комнате, в старом здании, мистер Заммлер поймал себя за странным занятием: между косыми трещинами в штукатурке, образовавшимися из-за оседания фундамента, он мысленно вписывал разные пропозиции. Согласно одной из них, он сам стоял в стороне от всех преобразований. В силу своих принципов, воспитания и возраста, Заммлер иногда казался себе выпавшим из жизни, hors d’usage[67], отставшим от времени. Не движимый мощной природной силой, не чувствующий в себе ничего парадоксального или демонического, он не испытывал желания куда-то пробиваться, сокрушая на своем пути все видимости и личины. Он не мог бы сказать: «Я и Вселенная». Он считал, что человек зависит от других и должен мириться с существующим положением вещей, хотя оно, sub specie aeternitatis[68], не есть абсолютная истина. Должен, довольствуясь той приблизительной правдой, которая ему доступна, стараться жить с неожесточенной душой. Быть бескорыстно милосердным. Ощущать заложенные в человечестве таинственные возможности. Инстинктивно верить в архетипы добра. Проявлять неслучайное стремление к добродетели.

Новые миры? Новые начала? Все это не так уж просто. (Заммлеру захотелось отвлечься.) Что делал капитан Немо в «Двадцати тысячах лье под водой»? Сидел в своем «Наутилусе» и там, на дне океана, играл Баха и Генделя на органе. Хорошо, но старо. А уэллсовский Путешественник во Времени, перенесшийся на тысячи лет вперед? Он влюбился в прекрасную девушку из племени элоев. В обоих случаях принцип один: найти для себя что-то дорогое и сохранять это, погружаешься ли ты в морскую пучину или уносишься в пространственно-временные дали. Герой Жюля Верна правильно делал, что играл именно Генделя, а не Вагнера, который, стремясь связать воедино музыку и слово, стоял в ту пору в авангарде символизма. По Ницше, немцы, нестерпимо угнетаемые своей немецкостью, использовали Вагнера как гашиш. Уши Заммлера воспринимали его оперы как музыкальное сопровождение погромов. А что людям слушать на Луне? Электронные композиции? Мистеру Заммлеру они были не по душе. Он видел в такой музыке пресмыкательство Искусства перед Наукой…