Итальянскому мальчику Марко однажды подарили на Новый год детскую лошадку-качалку. Сначала Марко рассердился на дедушку за такой подарок — ведь он считал себя уже совсем взрослым! Если бы он только знал, что благодаря этой игрушке окажется на другой планете!На планете, где вместо такси, разъезжают деревянные лошадки, игрушки из магазинов можно брать бесплатно и каждый день — новогодний! Погода всегда прекрасная, а если вдруг пойдёт дождь — то только из конфет! Захочет ли Марко остаться там навсегда?
— Капитан, человек в небе!
— Ясно. В каком квадрате?
— Прямо по хвосту.
— Быстро сверхбинокль!
— Есть, капитан!
Когда я впервые рассказал эту историю, после слова «сверхбинокль» меня тотчас же прервал один синьор:
— Плохое начало, уважаемый! «Человек в небе»! Что это такое? Разве так говорят? Даже дети знают, что надо говорить: «Человек за бортом!» А кроме того, хвосты бывают у ослов, и очень трудно представить себе капитана, командующего ослом. И наконец, будьте добры, объясните, пожалуйста, что такое сверхбинокль? Может, это что-то горбатое, вроде верблюда?
— Доктор, — сказал я (а он почти наверняка был доктором — ведь он носил галстук и отутюженные брюки; в Риме люди, одетые так, почти все доктора каких-нибудь наук). — Доктор, — сказал я, — на вашем месте я не торопился бы критиковать все направо и налево…
— И со стороны хвоста… — съязвил он.
— Разговор, который я только что привел, — невозмутимо продолжал я, не обращая внимания на его насмешку, — происходил на борту космического корабля, летящего в безвоздушном пространстве. А там нет ни морей, ни озер, ни даже речки. Вокруг корабля было только черное небо, такое черное, что глаза ломило. Из разговора также совершенно ясно, что вахтенный заметил в свете хвостовых прожекторов человека, потерпевшего кораблекрушение. И в этой ситуации можно было кричать только «Человек в небе!». Открою вам еще один секрет: этот космический аппарат по причинам, о которых скажу позднее, имел форму деревянного коня. И нечего удивляться, что он был с хвостом. Другие небесные тела, например кометы, тоже имеют хвост. Значит, хвосты обладают всеми правами гражданства в космосе. А теперь перейдем к сверхбиноклю. Хотите знать, что это такое? Усовершенствованный бинокль! С третьим тубусом, который при желании можно направить назад и без всякого труда видеть все, что происходит у вас за спиной, можно даже сказать — у вас в хвосте. Очень полезное, с моей точки зрения, изобретение. Будь у вас такой сверхбинокль, скажем, на стадионе, вы могли бы не только следить за игрой на поле, но и наслаждаться видом болельщиков проигрывающей команды. Разве не интересное зрелище?
Доктор пробормотал себе в галстук что-то невнятное, поправил складку на брюках, вспомнил, что его ждут важные дела, и удалился, не став слушать продолжение истории. Тем хуже для него. А мы закончим это небольшое отступление и начнем все сначала.
Капитан схватил сверхбинокль и, сгорая от любопытства, посмотрел на космического путешественника, который плавал в световом шлейфе корабля.
— Но это же не взрослый человек, это ребенок! — воскликнул он.
— Ничего удивительного, — проговорил штурман, — ребята всегда льнут к иллюминатору. Совершенно естественно, что иногда они выпадают за борт.
Капитан улыбнулся:
— Он верхом на игрушечной лошадке. Значит, задание выполнено. Но не будем зря болтать. Включить магнитное поле!
Не успел он отдать команду, как лошадка вместе со всадником мягко ткнулась в «брюхо» космического корабля. Тотчас же открылся люк, и мальчишка, потерпевший кораблекрушение, был принят на борт.
На вид ему можно было дать лет девять или десять. Темные волосы, огромные глаза. Одет в голубую пижамку. Он очень забавно спрыгнул с лошадки, скрестил руки на груди и гордо окинул взглядом экипаж, столпившийся возле него. Не утруждая себя приветствием, он с предельной категоричностью заявил:
— Эй вы! Имейте в виду, я ни на секунду не считаю себя вашим пленником.
— Пленником? — удивился капитан и погладил свою бороду. — Не понимаю.
— Ну если вам непонятно, что ж тогда спрашивать с меня?
— А ты мог бы, например, сказать, как тебя зовут?
— Меня зовут Марко Милани. А вас?
Капитан снова погладил бороду, а члены экипажа лукаво перемигнулись.
— Ты затронул больное место, — ответил капитан. — Еще неделю назад меня звали Паулюсом. Я носил это имя почти два года, и оно надоело мне, словно грязная рубашка. Тогда я расстался с ним. А другого имени пока не придумал. И сейчас меня вовсе никак не зовут. А какое имя посоветовал бы мне ты?
Марко недоверчиво посмотрел на него.
— Гм… Все шутите. Просто ваше имя — военная тайна! Ну и держите ее при себе. Я вовсе не сгораю от желания узнать ее. Кстати, это вы капитан корабля?
— До девяти часов, — ответил Экс-Паулюс. — Мы тут капитаним по очереди.
— И все вы здесь капитаны?
— Точно так же, как полковники, генералы, майоры. Ведь титулы и звания ничего не стоят.
— Это где же они ничего не стоят?
— На нашей планете.
— Я так и подумал — вы не земляне.
