Но несчастную забирала не Арайя, а напарник арианки Орн. Он говорил, что эта самка яутжа подходит для проекта гибридизации, брал у неё яйцеклетки и тоже склонял остаться в их мире, чтобы превратиться в родоначальницу совершенных существ. Самочка, конечно, отказалась, но на этом арианцы не успокоились, утащили её с космолёта в лабораторию и поместили в ёмкость с жидкостью. Не случись та игра судьбы, когда охотники спасали Серебряного Дождя, то бедняжка так бы и погибла в страшном плену.
Эта драма сблизила начальника и сотрудницу. Учёный начал относиться к самочке с бо′льшим вниманием и теплотой, но воспринимал только как коллегу и не собирался заводить с ней роман. Вообще, сейчас Серебряный мало доверял самкам, помнил Яшму со всеми её «художествами». Разочарованный в жизни, он не спешил снова бросаться в омут любви, как это произошло с ним в юности. Желания поутихли, с возрастом голова работала трезво, не позволяя с ходу разыгрываться жарким эмоциям и страстям.
А самочка была очень привлекательная, да что там — просто красавица! Невысокого роста, доходила шефу только до плеча. Серебристые чешуйки редкого голубоватого оттенка на коже стройного тела отливали перламутром, как будто жемчужинки. Бездонные глаза, доверчиво распахнутые миру, нежно лучились серо-голубым светом. Чёрные отростки густой гривы каскадом спускались по спине до самой поясницы. Их украшали золотые колечки с синими драгоценными камешками. Эту милую деву звали Лазурь.
Примечательно, что Серебряный Дождь и Лазурь походили друг на друга, как брат с сестрой. Видимо, арианцы неслучайно подбирали жертв для гибридизации по одному типу. Внешность имела значение для этих фанатиков по скрещиванию. Возможно, яутжа именно с серебристой окраской чешуек на коже обладали более спокойной натурой, чем их собратья с яркой, насыщенной гаммой цветов в облике. Учёному эта мысль показалась интересной. Он думал об этом на досуге, анализировал факты, делал выводы и находил подтверждения правильности своей догадки.
Тогда Серебряный Дождь стал повнимательнее присматриваться к Лазури и больше обращать внимания на её поведение в коллективе. Находясь в замкнутом пространстве звездолёта, невольно все характеры сотрудников проявлялись отчётливее. Лазурь общалась со всеми ровно и вежливо, прекрасно справлялась с работой. Несмотря на красивую внешность, за ней не замечалась привычка излишнего кокетства или навязчивого желания понравиться самцам любыми способами, как это обычно водилось за легкомысленными особами. За всю дорогу до планеты Альтанус она ни разу не повела себя как-то нетактично или несдержанно. Даже не верилось, что такие скромные самочки ещё существуют среди дерзких и воинственных самок яутжа.
Полёт близился к завершению. Команду специалистов уже ждали в построенном для них посёлке учёных, как на планете Океан. И вот звездолёт опустился на посадочной площадке. Открылись шлюзы и выдвинулся трап. Новые жители благополучно прибыли и впервые ступили на землю Альтануса. Струи тёплого ветра коснулись их лиц. Путешественники сразу же окунулись во влажную жаркую среду местного климата, в отличие от более умеренного на планете Океан. Если там преобладали сине-зелёные оттенки листьев на деревьях и травы, то здесь растения раскрасились в пурпурный и оранжевый цвета. На Альтанусе существовало четыре континента. На двух из них располагались вулканы, которые временами выбрасывали из страшных жерл потоки огненной магмы с тучами пепла, засоряющего атмосферу.
Серебряный с Ониксом заняли один из временных домиков, а после отправились погулять. Возведение в океане Сферы с научными лабораториями ещё не завершили. Обещали закончить на следующей неделе. У отца и сына появилось несколько свободных дней, чтобы оглядеться вокруг и набраться новых впечатлений.
— Ну как тебе, сыночек, нравится на Альтанусе? — спросил Оникса отец.
— Нравится! Здесь всё такое яркое, как на празднике! — с восхищением прострекотал малёк.
— А то, что очень жарко и влажно, тебе не тяжело? — с беспокойством посмотрел на него родитель.
— Ничего, я привыкну!
Отец одобрительно улыбнулся сыну и предложил:
— Пойдём посмотрим на океан.
С весёлым стрёкотом Оникс сорвался с места и вприпрыжку побежал вниз по каменистой дорожке. Серебряный попытался детёныша придержать, чтобы тот не упал, но не утерпел сам. Как малёк с радостным смехом и гиканьем бросился вдогонку за сыном, стараясь не опережать. Слегка запинаясь на неровностях, раззадорившийся самец резво подскакивал на ходу, как мячик. Разноцветная мелкая галька разлеталась в разные стороны из-под быстрых ног и с глухим стуком рикошетила от крупных валунов, что окаймляли тропу. Неразлучная парочка выскочила на побережье океана, покрытое ярко-розовым песком, и тотчас перед ними, насколько хватало взгляда, раскинулась водная ширь во всей своей первозданной красоте. Невысокие волны набегали на пологий берег и с приглушённым шумом отступали, оставляя на песке длинные розовато-синие водоросли вперемешку с кружевными хлопьями белой пены.
