– Этот вывод лежит на поверхности, – подтвердил Рейт. – Но у меня есть более срочные дела. Чтобы достроить корабль и вернуться на Землю с информацией об этой адской планете, я бы отказался даже от удовольствия увидеть тебя мертвым.
– В таком случае, – неожиданно по-деловому сказал Вудивер, – все остается, как и прежде. Заплатите, и мы будем продолжать работать.
От неожиданности Рейт открыл рот. Наконец он засмеялся, удивляясь завидной бессовестности Вудивера.
Анахо и Треза это развеселило меньше. Анахо ткнул палкой в массивный живот.
– А как же понимать последнюю ночь? – тихо спросил он. – Ты об этом еще помнишь? Как понимать электрические провода и ивовые пояса?
– Что случилось с Дейне Зарре и обоими детьми? – продолжил Трез.
Вудивер с мольбой посмотрел на Рейта:
– Чье слово имеет вес?
Рейт тщательно подобрал ответ:
– У каждого из нас имеются основания для своего мнения. И ты будешь дураком, ожидая от нас непринужденности и доброжелательности.
– В любом случае он должен страдать, – ударил Трез по сжатым зубам.
– Ты будешь жить, – пообещал Рейт, – но лишь затем, чтобы служить нашим интересам. Твоя жизнь не стоит для меня и ломаного гроша, если ты не сделаешь ее более ценной.
Снова Рейт заметил в глазах Вудивера холодный и хитрый блеск.
– Пусть будет так, – согласился он.
– Я хочу, чтобы ты немедленно нашел полноценную замену Дейне Зарре.
– Дорого, очень дорого, – предостерегающе сказал Вудивер. – С Зарре нам очень везло.
– Ответственность за то, что его нет, лежит на тебе, – напомнил Рейт.
– Каждый в жизни допускает ошибки, – заметил Вудивер. – Эта была одной из моих. Но я знаю как раз подходящего человека. Только я вас предупреждаю, что обойдется он очень дорого.
– Деньги значения не имеют, – произнес Рейт. – Нам нужен самый лучший. Во-вторых, я хочу, чтобы ты снова вызвал всех техников на работу, Конечно, только по телефону.
– Это не трудно, – сердечно сказал Вудивер. – Работа скоро пойдет дальше.
– Ты должен позаботиться о немедленной доставке материалов и оборудования, в которых мы нуждаемся, и взять на себя все издержки и зарплату, которые возникнут с этого момента.
– Что? – недовольно спросил Вудивер.
– Кроме того, – продолжал Рейт, – ты останешься сидеть привязанным между этими двумя столбами. За твое пребывание здесь ты будешь платить по тысяче – или лучше, по две тысячи секвинов в день.
– Что? – вскричал Вудивер. – Вы хотите обмануть бедного Вудивера и поиздеваться над ним?
– Ты принимаешь условия? – спросил Рейт – Если нет, я предложу Трезу и Анахо тебя убить, оба носят на тебя камень за пазухой.
Вудивер выпрямился во весь свой рост.
– Я соглашаюсь, – твердо пообещал он. – А теперь, поскольку мне, кажется, придется терпеть ваши фокусы и тем самым нести разрушительные убытки, нам необходимо немедленно приступить к работе Момент, когда я увижу вас исчезающими в космосе, сделает меня очень счастливым – я вам это обещаю! Снимите только цепи, чтобы я мог позвонить.
– Пусть все остается так, как есть, – ответил Рейт. – Телефон мы тебе принесем. А теперь, где деньги?
– Но это же несерьезно с вашей стороны! – взвыл Вудивер.
В помещении склада, на краю солончаков Сивиша, на стуле сидел Аила Вудивер. Цепь вела от ошейника, укрепленного на его шее, к закрепленному на потолке тросу. Таким образом, он мог ходить от своего стола к стенной нише, в которой он спал; цепь повсюду тащилась за ним.
Аила Вудивер был пленником в своих собственных владениях. В нем бушевали обида и оскорбление, на которые он мог реагировать только болезненными вспышками гнева. Но, тем не менее, он мирно сидел на своем стуле. Толстые ягодицы свисали с обеих сторон, как вьючный мешок с седла, и с его лица не сходила бессмысленная улыбка набожного снисхождения.
Возле космического корабля, занимавшего большую часть помещения склада, стоял Адам Рейт и смотрел на него. Покорность Вудивера беспокоила его больше, чем если бы он буйствовал. Рейт надеялся, что если Вудивер и вынашивал какие-либо планы, то они не созреют у него слишком быстро. Космический корабль был почти готов. Примерно через неделю Рейт рассчитывал сказать старому Чаю «прощай» и помахать ему рукой.
Вудивер занимался рукоделием. Время от времени он высоко поднимал свою работу, чтобы восхититься образцом – само воплощение настойчивой добродетельности. Зашел Трез, мрачно посмотрел на Вудивера и вспомнил философию своих предков, эмблемных кочевников:
– Убей его прямо сейчас же! Убей его и дело с концом!
Рейт с сомнением проговорил:
– Но ведь он прикован и не сможет нам навредить.
– Он найдет и средство, и возможность. Ты уже забыл о его коварстве?
– Но не могу же я его просто так хладнокровно убить.
Трез ответил сердитым покашливанием и демонстративно вышел из помещения. Анахо, дирдир-человек, заявил:
– На этот раз и я согласен с молодым степняком. Убей это жирное чудовище!
Вудивер, до которого дошел смысл разговора, изобразил кроткую улыбку. Рейт заметил, что он осунулся. Толстые и упругие раньше щеки вяло обвисли Вытянутая верхняя губа, словно клюв, свисала на острый маленький подбородок.
