В окно Лиззи удалось разглядеть отца. Он стоял в окружении серых охранников и смотрел вверх. Возможно, она видит его в последний раз и теперь уже никогда не узнает, почему он ей столько врал — и про мать, и про Нельсона, и мало ли ещё про что. Отец что-то кричал, но девушка не слышала, что именно, из-за шума вертолёта. Изо всех сил вглядевшись в ускользающий образ, она прочла по губам: «Я найду тебя, Лиззи! Обязательно найду!»
Александр взял Элизабет за руку и с легким щелчком снял её браслет, затем кинул его на пол и раздавил ногой.
Тем временем, вертолёт уже набрал высоту, полностью погрузившись в серую пыльную пелену. Элизабет не знала, куда она летит, не видела ничего вокруг, не знала людей, которые сейчас её окружали, и не знала, что ждёт её впереди.
«Хотела свободы и любви — наслаждайся», — с иронией подумала она и расслабленно откинулась назад, полностью отдавая себя в руки судьбы.
Арвай и Ева бежали очень быстро и очень долго, как им казалось. Им было страшно — страшно от того, что произошло с Эрдэнэ, страшно от всего этого оружия, страшно от неизвестности их будущего. В сердце Евы страх даже почти перекрыл боль. Она не могла справиться со своими чувствами, нужен был выплеск, поддержка друга, а друг у неё сейчас опять остался только один.
Затормозив на полном ходу, Ева остановилась и превратилась в человека. Увидев это, Арвай Сансар сделал то же самое.
— Почему ты остановилась? — спросил он.
Ева не могла ответить. Слезы брызнули из её глаз, и девушка бросилась к Арваю. Он с готовностью принял её и сжал в объятиях.
— Ну всё, всё, хватит, успокойся, — тихо повторял Арвай и нежно гладил Еву по голове.
— Арвай, что нам теперь делать? Куда идти?
— Всё будет хорошо. У меня есть план.
— Правда? И какой?
— Я провожу тебя до Юэяцуань и оставлю под присмотром Таргала.
— Но мы ведь потеряли верблюдов, которых я, между прочим, обещала лично ему вернуть.
— Я уверен, он простит тебя, если ты простишь его.
— Я пока не готова это сделать.
— Тогда вам тем более стоит побыть вместе, наверстать упущенное.
— А ты? Что ты будешь делать?
— Я вернусь к ирбисам и всё расскажу отцу и старейшинам. Я попрошу их пустить тебя обратно. Скажу, что ты всё переосмыслила, и хочешь вернуться домой. Ты ведь хочешь этого?
— Да, сейчас я больше всего на свете хочу домой.
— А я хочу, чтобы ты была со мной. Поэтому потом я вернусь за тобой.
— А если меня не простят?
— Тогда я всё равно вернусь к тебе, не хочу больше жить без тебя. Второй раз я такую ошибку не допущу.
— Но Арвай, я не люблю тебя так, как ты любишь меня, я не могу пока ответить тебе взаимностью.
— Всё в жизни меняется, и я буду надеяться.
— Стой, а как же ты расскажешь правду в клане? Ведь они думают, что ты отправился на развед-операцию к волкам. Узнав про твой обман, старейшины тут же объявят тебя предателем, хоть ты и Сансар!
— Но я никого из них не обманывал, предпочел соврать Эрдэнэ. А отцу я сказал правду.
— Не понимаю…
— Я сразу сказал отцу всю правду про то, что ты пришла ко мне за помощью, и про людей, и про Сферополис, и про астероид. Я не мог ему соврать.
— Как же он тогда тебя отпустил?
— Он отпустил меня не помогать людям очистить мир от пыли, а наоборот, помешать им это сделать.
— Что???
— Именно так. Мой отец умный человек. Он прекрасно понимает, что сейчас клан ирбисов живет в полном довольствии, мы — хозяева этого мира и не должны его менять в угоду тем, кто никогда не ценил и не берег свою планету.
— Значит, ты обманул меня?
— Ты же знаешь, что разведчики не обманывают, а всего лишь выполняют свою миссию. Поэтому это не обман.
— Вынуждена согласиться. И, пожалуй, я в кои-то веки рада, что ты так рьяно соблюдаешь правила клана ирбисов.
Арвай смахнул застывшую на Евиной щеке слезинку и бережно убрал её волосы назад.
— Мы обязательно будем вместе, — сказал Арвай Сансар, пристально глядя девушке в глаза и ища в них отклик, который бы дал ему надежду. — Я тебе обещаю.
