Сидя, Хортон механически выдергивал траву. Некоторые травинки выдергивались, к их корням приставала глина. «Глина, – сказал себе Хортон, – забавно». Что бы здесь делать глине? Он вынул карманный нож и, открыв лезвие, вонзил его в почву, выкопав небольшую ямку. Насколько он мог видеть, везде была глина. А что, спросил он себя, если весь этот холм сделан из глины? Нечто вроде чудовищного нарыва, выросшего давно-давно и сохранившегося до сих пор. Хортон вытер лезвие и закрыл нож, сунул его обратно в карман. Интересно было бы, подумал он, если будет время, разобраться в геологии этого места. Только какая разница? На это уйдет уйма времени, а он не собирался оставаться так долго.
Поднявшись на ноги, Хортон начал осторожно спускаться по склону.
У тоннеля он нашел Элейну и Никодимуса. Женщина сидела на валуне и глядела, как Никодимус работает. Тот держал молоток и стамеску и высекал канавку вокруг панели.
– Вы вернулись, – сказала Элейна Хортону. – Что вас так задержало?
– Я кое-что обследовал.
– В городе? Никодимус мне говорил о городе.
– Нет, не в городе, – ответил Хортон, – да и не город вовсе.
Никодимус обернулся, не выпуская молотка со стамеской.
– Я пытаюсь вырубить панель из скалы, – сказал он. – Может быть, мне это удастся. Тогда я смогу добраться до нее сзади и поработать над ней оттуда.
– А что ты будешь делать, – спросил Хортон, – если оборвешь провод?
– Там не должно быть никаких проводов, – ответила Элейна. – ничего даже близко столь примитивного.
– К тому же, – добавил Никодимус, – если я смогу отделить панель, то, может быть, смогу и отколупнуть покрытие.
– Покрытие? Ты же говорил, что это силовое поле.
– Я полагаю, – заметил Хортон, – что второго бокса не оказалось. Того, который открывает покрытие.
– Нет, – подтвердила Элейна, – а это значит, что кто-то вмешался в конструкцию. Кто-то, не желавший, чтобы кто-либо покинул эту планету.
– Вы имеете в виду, что планета закрыта?
– Полагаю, что так, – согласилась она. – Полагаю, что на других тоннелях должен был быть установлен какой-то знак, предупреждающий не пользоваться переключателем, ведущим на эту планету; но если и так, то знаки давно уж исчезли, или, может быть, они есть, но мы не знаем, чего искать.
– Даже если б вы их нашли, – заметил Никодимус, – вы, по всей вероятности, не смогли бы их прочесть.
– Это верно, – согласилась Элейна.
По тропе вразвалку приближался Плотоядец.
– Я вернулся с новым свежим мясом, – объявил он. – Как у вас здесь дела? Удалось ли вам разрешить проблему?
– Нет, – ответил Никодимус, возвращаясь к работе.
– Долгонько это у вас занимает, – заметил Плотоядец.
Никодимус опять повернулся.
– Кыш у меня из-за спины! – бросил он. – Ты меня донимаешь с самого начала. Вы с твоим дружком Шекспиром годами лодырничали, не делая ничего, а теперь ты ждешь, чтобы мы заставили это заработтать за час-другой.
– Но у вас есть инструменты, – проскулил Плотоядец. – Инструменты и обучение. У Шекспира ничего этого не было, и у меня тоже нет. Казалось бы, имея инструменты и обучение…
– Плотоядец, – сказал Хортон, – мы ведь не говорили тебе, что сможем что-то сделать. Никодимус сказал, что он попытается. Тебе не давали никаких гарантий. Перестань вести себя так, словно мы нарушили данное тебе обещание. Никто ничего не обещал.
– Может быть, лучше, – предложил Плотоядец, – чтобы мы попробовали какое-нибудь волшебство. Поколдовали все вместе. Мое волшебство, ваше волшебство и ее волшебство, – он указал на Элейну.
– Волшебство не подействует, – коротко сказал Никодимус. – Если оно только вообще существует, волшебство.
– О, волшебство-то существует, – заверил Плотоядец. – Тут нет вопроса. А вы бы так не сказали? – воззвал он к Элейне.
– Я видала волшебство, – ответила та, – или то, что считалось волшебством. Кое-что из этого вроде бы действовало. Не каждый раз, конечно.
– Случайность, – заявил Никодимус.
– Нет, больше, чем случайность, – возразила она.
– Почему бы нам всем попросту не уйти отсюда, – сказал Хортон, – и не предоставить Никодимусу возможность делать то, что он делает. Если только, – добавил он Никодимусу, – тебе не нужна никакая помощь.
– Не нужна, – ответил Никодимус.
– Пойдемте, посмотрим город, – предложила Элейна. – Умираю, хочу его осмотреть.
– В лагере остановимся и возьмем фонарик, – сказал Хортон. У никодимуса он спросил: – У нас ведь есть фонарик, не так ли?
– Да, – ответил Никодимус. – Вы его найдете в одном из тюков.
– Ты с нами пойдешь? – спросил Хортон Плотоядца.
– С вашего позволенья, нет, – ответил Плотоядец. – Город для меня беспокойное место. Я лучше останусь здесь. Я буду ободрять робота.
– Ты будешь держать пасть на замке, – заявил Никодимус. – Ты ни пикнешь и не шевельнешься. И советов давать не будешь.
– Я так и сделаю, – промолвил смиренный Плотоядец, – ты меня даже не заметишь.
