Недалёкое будущее. Череда прорывных технологий открывает путь к заселению Марса. Каким будет будущее человечество на другой планете? Кто те люди, которые достойны заселить внеземную колонию? Кто и по каким критериям будет отбирать этих людей? Насколько честно будет проходить отбор – это конкурс с высоким порогом вхождения или торжество кумовства и семейных связей? И что будет, если в подземных резервуарах Марса есть свои жители? Это не боевик про истребление чудовищ – это художественное исследование темы колонизации других планет. Существует много пафосных произведений, где супердесантники в броне убивают чудищ или честные и смелые колонисты покоряют необитаемые пространства. Но нет работ, которые бы охватывали главное: а кто собственно те люди, которые покоряют эти пространства, что ими движет и кем они себя будут считать: колонистами с Земли или новой исторической общностью? Повествование мозаичное, придётся включить голову и попутно потренировать память, чтобы увидеть картину целиком.
Вода пузырилась от вылетающего из пробоины в воздушной подушке воздуха. Настя, переводя дыхание, гладила одной рукой своего кинуса, произнося успокаивающие слова. Адресованы были слова животному, но на самом деле девушка пыталась вывести себя из первого шока. Что-то было в воде, что-то огромное, несопоставимо огромное относительно всего, что она знала о Земной фауне. На Марсе, кроме модифицированных для фермерских целей морских организмов с Земли, ничего живого не было, насколько было известно земной науке. Но перед тем, как её водолёт потерпел крушение, она заметила что-то белёсое и настолько громадное, что это легко можно принять за айсберг, если бы оно не колыхнулось и молниеносно не разломило рабочее судно. Это… Существо было чудовищной мощи и явно проявило признаки агрессии.
Настя судорожно соображала, что делать. В какой-то момент до неё дошло, что её Персональный Помощник спрашивает её разрешения, чтобы подать сигнал бедствия. Потом он отстал, значит принял решение сам.
Произошедшее шло вразрез со всем, что люди знали об этой планете, начиная с момента обнаружения резервуаров под поверхностью. Нужно постараться оценить обстановку, передать в центр больше деталей, тогда может…
Хлёсткий удар, словно невидимая инерция титанической плети, рассёк ледяную плавучую гору, на которой она сидела вместе с кинусом. Мелкие кусочки льда и водяная пыль взвились в воздух, от треска заломило уши. Небольшой участок льда прямо под ними откололся и вместе с другими такими же начал быстро дрейфовать, покачиваясь от волн. Было страшно.
В ответ из колонии сообщили, что выслали транспорт, выяснять ничего не стали: сигнал бедствия ещё со старых времён трактуется однозначно. Через 10 минут единственный на планете квадролёт на водородной тяге застыл над местом происшествия, и девушку втянули внутрь на тросе. Вслед за ней на борту оказался кинус по кличке Белка. Паника, поднятая страхом неизведанного, что, оказывается, живёт под поверхностью воды, не давала говорить и даже приказывать. Настя только громко кричала, чтобы они скорее летели отсюда. Синие губы тряслись, а глаза всё время скашивались вниз, к покрытой кусками льда бирюзовой водной поверхности.
В тот сол ей повезло трижды: сначала был уничтожен её водолёт, а она выжила, потом могучая волна расщепила огромный айсберг, не задев девушку, и ей попался сообразительный оператор квадролёта, который осознавал, что раз что-то привело обычно спокойную принципала колонии в такое состояние, нужно держаться подальше от этого чего-то. Он отказался от второстепенной задачи: анализа ситуации и повернул к Митрополису.
«Ваня, иди сюда! Нам с твоим отцом надо поговорить с тобой!» – донёсся голос матери из прихожей.
В небольшом, тускло освещённом единственной лампой на потолке помещении, по очереди разуваясь из-за недостатка пространства, находилось двое взрослых. Они поженились довольно рано – в 18 лет, оба были сотрудниками городских служб: отец – Тагир работал в департаменте городских коммуникаций, мать – Светлана была психологом. Познакомились ещё в детском саду, но отношения завязались только к 16 годам – когда вместе пошли в пермский колледж. Долгая дружба, возможно, так и закончилась бы ничем после выпуска, если бы не совместный поход на Эльбрус. В том походе произошла локальная катастрофа – оползень щебня, и будущие муж и жена оказались отрезанными от остальной группы и всего мира. Потом они будут вспоминать этот момент как самый романтичный в их жизни. Еды и воды не было, основная часть вещей осталась с группой, так что их жизни висели на волоске. Отец Ивана проявил стоическое мужество: он не только отдал будущей жене свои вещи, чтобы та не мёрзла, но и, почти теряя сознание от холода, смог найти для них укрытие: огромный плоский камень и развести там костёр, собрав тонкий хворост, разбросанный на большой наклонной плоскости. Там они провели несколько суток, прежде чем до них добрались спасатели. По их словам, вся вселенная была настроена на то, чтобы они остались там вдвоём: оползень добрался до шоссе и перекрыл дорогу спасателям, погода была такая, что вертолётам опасно было даже взлетать, а не то что лететь в горы.
Мужество и самоотдача Тагира позволили им продержаться те несколько суток: он даже смог найти воду на сухом участке горы. После спасения он несколько месяцев лежал в больнице с воспалением лёгких и почек. Будущая мать Ивана навещала его каждый день. Она часами находилась около кровати, что-то тихо говорила ему, когда он был без сознания. Потом, когда он чувствовал себя лучше, они подолгу о чём-то разговаривали. Светлана гладила его руку, не смотря ему в глаза.
После свадьбы возникли первые предложения по работе. Закончивший колледж с отличием молодой инженер очень приглянулся мэрии быстро строящегося Владивостока, поэтому Тагир со Светланой отправились на Дальний Восток.
Это были спокойные, не очень амбициозные люди, которые ценили домашний уют и часто ставились своим начальством как образец для подражания.
Их сын был совсем другим.
