Планида Сергея Капустина полностью

Его богатый опыт, профессиональный и житейский, умение подготовить физически, разобрать нюансы тактики и техники, твердые знания основ хоккея – все это позволило мне расти и расти, так же, впрочем, как и другим ребятам. Мы рады были – и были в состоянии испортить настроение любому сопернику.

И еще. Внешняя суровость Кулагина обманчива, на самом деле Борис Павлович удивительно человечен, понимает непростую жизнь спортсмена. А что требователен, так кому же это во вред?

Знал ли я, что окажусь вместе с Шалимовым и Шепелевым? Нет. Задним числом все мы, как говорится, умны. Сейчас просто разобрать достоинства и недостатки нашего звена, объяснить, почему оно состоялось, причем довольно быстро.

А вот летом и осенью перед Борисом Павловичем лежал чистый неразлинованный лист, и то, что зимой на нем появился цельный рисунок, что он осуществил свое намерение подготовить в команде тройку для сборной страны, целиком заслуга нашего старшего тренера. Пробовал, искал. И нашел-таки.

Некоторое время моими партнерами были Тюменев и Кожевников. Игроки довольно сильные и разноплановые. Молодые. Но прямо скажу – они просто не верят, что могут попасть в сборную. А люди, не верящие в то, что им могут, при должной с их стороны самоотдаче, предоставить высокую честь, никогда чести этой не добьются.

…Виктор Шалимов сумел вернуться в сборную – случай довольно редкий. Сергей Шепелев добился этого права впервые в жизни. Игроки они интересные, ни с кем не спутаешь, но главное – их спортивное честолюбие».

Если уж совсем придираться, то Шепелеву с Шалимовым в какой-то степени не хватало эдакой пробивной мощи, способности при надобности продавить и протаранить соперника. Не хватало по их конституции, по атлетическим данным и по их игровым манерам. В целом на качестве выступлений шепелевского звена это никоим образом не сказывалось благодаря их безусловном лидеру – Капустину, который запросто брал на себя и эти «пробивные» функции.

Что-то похожее выполнял в те же сезоны левый край первого звена ЦСКА Владимир Крутов, который освобождал Сергея Макарова и Игоря Ларионова от угрозы получения синяков, ссадин, рассечений, неизбежных при танковом продвижении. Притом Крутов, как и Капустин, обладал богатейшим технико-тактическим арсеналом.

Совсем без пробивной мощи искусному звену никак не обойтись.

Капустин с Шепелевым и Шалимовым выдержали самое строгое, самое жесткое и самое сложное испытание, которое вообще существует в мировом хоккее. Выдержали испытание канадскими звездами, собранными для отстаивания спортивной чести родоначальников хоккея. Случилось это на Кубке Канады в сентябре 1981 года. По диковинному совпадению итоговый счет на табло отображался третьей и четвертой цифрами того самого года – 8:1 в пользу СССР. Сенсация!

И ее в существенной мере сотворило спартаковское трио во главе с Капустиным.

Спустя почти сорок лет при нашей встрече игрок ларионовской пятерки признал этот факт: «Да, никаких вопросов – в том разгроме канадцев Капустин с партнерами отыграли блестяще! И посильней нашей тройки были».

Накрепко впечатался в мировую летопись хет-трик Сергея Шепелева. И лавры достались именно ему. Что ж поделать, если голеадорам везде у нас почет.

А Сергей Капустин, признанный лидер звена, признанная звезда, так и остался в тени. Привычно для себя. И безболезненно такое переживая. Да и большой вопрос – переживал ли на сей счет?.. Главное – партнеры, звено, команда. Сборная!