Я прикидываю и понимаю, что тогда черта с два я увижу свои 350 долларов за февраль. Начинаю говорить, что не хотел бы так поступать, потому что…
– Отлично! – перебивает меня Виктор Алексеевич. – Если бы вы сказали, что готовы уйти оттуда с конфликтом, это значило бы, что и с нами бы могли поступить также. Давайте я представлю вас нашему учредителю. Чтобы вы знали, он россиянин.
***
Виктор Алексеевич отводит меня еще в один кабинет, где нас встречает парень лет тридцати. На его столе стоит большой кальян и вкусно пахнет ароматическим табаком. По тому, как финансовый директор уважительно обращается к парню, видно кто тут на самом деле главный.
– Евгений Александрович, – это наш новый сотрудник финансового отдела Константин Дорожкин.
– Очень хорошо, – говорит парень. – Придется много поработать, вы готовы работать много?
– Готов, – отвечаю я.
– Супер.
Я вспоминаю, как Евграфович меня собеседовал на крыльце в ООО «Анриал», и улыбаюсь.
***
Виктор Алексеевич отводит меня в самую первую комнату, где я оставил свою куртку и вещи.
– Вы вытянули счастливую карту! – поздравляет меня Артем, когда за директором закрывается дверь.
Случилось невероятное, и я, сам того не желая, нашел работу с первого раза. Что ж, буду финансистом. Если не стать мне писателем, то пусть у меня хотя бы водятся денежки.
***
Возвращаюсь в свой офис, где меня не было несколько часов.
– Захаровна тебя искала, – сообщает мне Юля. – Грозилась уволить по статье за то, что ты отсутствовал на рабочем месте.
Это так смешно, что я даже не злюсь на нашу бухгалтершу. Скоро я буду финансистом в международной IT-компании, и у меня не будет ничего общего с ООО «Анриал».
***
Олеся подводит ко мне совсем молодую еще девушку.
– Знакомься, это Ирина, твоя сменщица. Покажи ей, как у тебя тут что.
Она оставляет нас.
– Как тут вообще работается? – спрашивает Ирина.
– По-разному, – говорю я. Мне ее немного жаль.
***
В последний рабочий день я сижу и, как обычно, считаю заказы, ожидая окончательный расчет. Лесько должен выплатить мне 350 долларов зарплаты и 150 долларов за неиспользованный отпуск. Но вместо себя он присылает Захаровну с ведомостью, которая кладет мне на стол всего лишь 450 долларов, на 50 меньше положенного.
– Директор сказал дать столько, – говорит она.
«С паршивой овцы хоть шерсти клок», – думаю я. Это так похоже на Лесько.
***
Я решаю сегодня больше не работать.
– Как так? – удивляется Захаровна. – Не припомню такого, чтобы кто-то уходил и не доделал за себя свою работу. Это не по-человечески!
– А по-человечески не доплатить мне? – огрызаюсь я.
– Это ваши дела с директором, – оправдывается Захаровна. Тем не менее она идет к Лесько и говорит, что я саботирую работу, потому что не получил всех денег. На это Лесько отвечает ей, чтобы я поскорее убирался, а досчитает все новый экономист. Наши желания на удивление сходятся.
***
В американских фильмах увольняющихся людей показывают всегда с коробками в руках, куда они сгребают со стола все свое добро. У меня из вещей всего-то две кружки и наушники, потому последние минуты в офисе я занимаюсь чисткой компьютера. Переписываю на флешку полезные файлы, стираю историю в мессенджерах и браузере, удаляю cookies. Мне не хочется, чтобы хоть какая-то часть меня оставалась здесь.
***
После окончания рабочего дня мы идем в «Кабачок 12», где у нас зарезервирован стол. Со мной Юля и Андрей, Олеся и Дима Зверев, ненадолго присоединяется вечно занятой Вася, и даже обмерщик Витя Иванов сегодня тут. Сейчас вечер пятницы, последний день зимы, а в понедельник с утра мне начинать все сначала в другом месте.
Я смотрю на моих уже бывших сотрудников, и мне становится грустно расставаться с ними. Мы поднимаем пивные кружки с «Бивером», и все желают мне удачи на новой фирме. У меня выступают слезы.
***
Мы уже пьяные. Стоим, курим на улице. Обмерщик Витя Иванов смотрит на меня и спрашивает:
– А кем ты вообще работал, Костя?
– Он работал экономистом, – отвечает за меня Юля. – Ты не знал что ли?
– Нет. А я-то думал, кто это сидит себе все время тихонько в углу.
